- Успеет.
Мигель несся так быстро, как только мог, и, как и предрекал Рори, успел как раз вовремя – тяжелая коляска ударила его под дых, разом вышибив весь воздух из легких. Издав непонятный звук, Мигель сложился пополам и рухнул на тротуар в полуметре от проезжей части.
Когда он снова смог дышать, то увидел над собой кучу лиц. Кудрявый парень обеспокоенно смотрел то на Мигеля, то на содержимое коляски, девушка взволнованно спрашивала, все ли с ним в порядке. Шон тряс Мигеля, как маракас, вопрошая то же самое.
- В порядке я, – просипел Мигель, кое-как поднявшись на ноги. Коляска больно проехала колесом по ноге, и он скривился.
- Парень, ты просто герой. Герой! – воскликнул молодой человек. Он вынул из коляски младенца, по виду только-только из роддома, и теперь бережно укачивал его на сгибе локтя. – Madre de Dios[3], если бы с Паоло что-то случилось, я… Мой отец…
Девушка всхлипнула и от души притиснула Мигеля. Тот моментально растаял, напрочь забыв про боль в ноге.
- Откуда ты такой взялся, прямо благословение на наши глупые головы!
- Да я просто… Гулял…
- Какая удача, что гулял именно тут! Если бы не ты… О боже, не представляю, что стало бы с нами… И с доном Грегорио…
- Каким доном Грегорио? – Мигель, пребывавший в блаженном состоянии, мог только задавать глупые вопросы.
- Это мой отец, – ответил парень. – Грегорио Винченце. А это, – он указал на младенца, который непонимающе таращился на него, – мой братик Паоло.
- А меня зовут Катарина, – подхватила девушка. – Ой, пойдем-ка присядем, а то ты, кажется, сейчас сознание потеряешь!
Мигель был бы не против отрубиться – голова шла кругом.
- Меня зовут Мигель, – только и выдавил он, плюхаясь на скамейку. Шон куда-то испарился, остальные братья тоже ретировались. Молодцы, действуют по инструкции – чуть что, ноги в руки и бежать.
- Я – Лучиано. – Парень протянул свободную руку, и Мигель машинально ее пожал. – Честно, я чуть не умер, когда коляска… А мой отец, он…
Не находя слов, Лучиано покачал головой и крепче притиснул ребенка.
- У Лучиано совсем недавно умерла мама, – сказала Катарина шепотом. – Когда рожала Паоло. Ужасная трагедия для дона Грегорио, не представляю, что бы с ним было, если бы ты не остановил коляску…
До Мигеля наконец начало что-то доходить. Этот комок в пеленках – брат Лучиано, а вовсе не сын. Значит, девушка – не его мать. Его мать умерла при родах… Ничего себе мексиканский сериал!
- Уф! – только и сказал он.
Так Мигель познакомился с доном Грегорио Винченце. Этот добродушный мужчина мгновенно вызвал в памяти Мигеля образ отца, и он в который раз затосковал по нему. Еще бы, не виделись целую вечность! Дон Грегорио принял Мигеля ласково, тут же усадил за стол, расспрашивал о родителях и прочем. Мигель отвечал живо, но многое, естественно, утаил. Сказал только, что мать умерла, когда ему было восемь, а отец работает в Штатах, поэтому видятся они редко. Здесь он живет с бабушкой, которая тоже постоянно в разъездах по работе, а от пенсии категорически отказывается. Дон Грегорио посетовал на судьбу-злодейку, но тут же вернул на лицо улыбку. Если бы не глубокая печаль, плескавшаяся в глазах, Мигель бы не подумал, что совсем недавно в доме произошла страшная трагедия – все дышало теплотой и уютом, малыш Паоло радостно гугукал в колыбельке, а Лучиано и Катарина наперебой рассказывали, что познакомились с Мигелем в парке и весело провели время. Про едва не случившуюся трагедию все трое предпочли умолчать – незачем прибавлять дону Грегорио седых волос, тем более, все разрешилось благополучно.
Мигельинский картель дружно ночевал в отеле, а его глава теперь частенько гостил у дона Грегорио. Он подружился с Лучиано, млел от стряпни Катарины, которая целыми днями торчала здесь же – помогала с готовкой, уборкой и уходом за малышом Паоло. По вечерам они все вместе отправлялись на прогулку. Мигель не боялся, что его узнают – Марсело Флавио не станет рисковать и стрелять в него при всем честном народе. Времена менялись, и теперь подобное происшествие замять куда сложнее, чем несколько лет назад. А если пострадают мирные граждане и туристы? Себе же хуже сделает. И своему бизнесу.
Но все же во время прогулок за ними неотступно следовал Тони. Как такого гиганта не замечали окружающие – Мигель ума не мог приложить, но Тони действительно не привлекал всеобщего внимания. Сам-то Мигель заметил его совершенно случайно, и то только тогда, когда громила помахал ему с соседней скамейки.