С этими словами она протянула капралу свой старый паспорт, с которым когда-то покинула Анк-Морпорк и попыталась перевалить через горы к Пупу. Убегая от наёмного убийцы, она нашла время притормозить в Сто Лате и оформить себе бумагу, имеющую силу в желанных землях - "Удаставирение личнасти жытеля долины Сто, Овцепикских гор и Пупземелья". Стараниями нянюшки Ягг в этой бумаге появилась фамилия Ветровоск, но заброшенный анк-морпоркский паспорт по-прежнему содержал на месте фамилии двойную галочку в виде буквы "W". Она красноречиво говорила любому человеку, знакомому с семьёй Катрин, что знатные и не очень родственники так и не договорились по поводу фамилии девушки.
Капрал же этой истории не знал. Он взял документ и наморщил лоб, изучая его.
- Катрин Вэ-э-э, - протянул он, наконец. - Что это значит?
- Вэ-э-э, - передразнила Катрин. - Вэ-э-этровоск, знаете ли.
Церн хихикнул, Рамона хмыкнула, капрал просиял.
- Ах, да, я помню эту фамилию! Проходите, я предупрежу аркканцлера.
- Вы предупредите! - с сомнением заявила Катрин. - Спасибо, мы как-нибудь сами.
- Как будет угодно, - капрал отдал честь и открыл ворота.
Путешественники попали во внутренний двор университета и уверенно двинулись через него к основному входу в замок. По пути они отмахивались от уже знакомых рубашек, простыней и подштанников.
- Чего ты не дала ему предупредить о нас? - спросил Церн.
- Совсем ты человека не жалеешь, - откликнулась Катрин. - Помнится, однажды ему уже сказали, что к нему едет Ветровоск, так он нам с тобой и Шоном чуть в бокалы не наплевал, как увидел! Если бы этот болван ему сказал то же самое, а тут опять мы, его Кондратий бы хватил на месте.
- Энто факт, - рассмеялся Смит. - Слушай, а того декана не уволили часом? Что-то его одёжа ко мне нынче не прицепилась.
- Этого уволишь! - отмахнулась Катрин. - Из-за него самого кого хочешь уволят. Аркканцлер с ним в своё время намучился - всё его куда-то в другие заведения тянуло.
- Вообще забавно, - Церн, миновав внутренний двор, свежим взглядом посмотрел на устройство института, - преподаватели, студенты - а порой их друг от друга не отличишь, да и мужики все. Скучно ж, поди, ребятам.
- Эх ты, - улыбнулась Катрин, - сюда и берут только юношей. Считается тут, что женщина не может заниматься волшебством - отвлекается, знаешь ли, много...
- Ой, да что они понимают! - возмутилась Рамона. - Нянюшке, например, это отродясь не мешало.
- Так нянюшка в это учебное заведение не пошла бы, даже если бы предложили, - ответила Катрин, - но вот молодым людям здесь тоже запрещено... хм... отвлекаться. Есть, пить, кутить до утра - это пожалуйста, но только не отвлекаясь.
Раскатистый смех Церна волной прокатился по сводчатому коридору и разлетелся по полупустым аудиториям, разбудив студентов и преподавателей.
- То-то я и смотрю, все на нас глаза таращат, - сообразила Рамона.
- Именно поэтому, - кивнула Катрин, - мы их отвлекаем.
Молодые люди прошли коридор, поднялись на два этажа и свернули ещё трижды, прежде чем упёрлись в массивную дверь кабинета аркканцлера. Церн размахнулся и ударил в неё.
- Войдите, - раздался изнутри звучный голос.
Дверь распахнулась, и вошли Катрин Ветровоск, Рамона Подпруга и Церн Смит.
- Доброе утро, господин аркканцлер, - уверенным голосом поздоровалась Катрин, прежде чем хозяин кабинета успел опомниться.
Чудакулли вздрогнул и непроизвольно потёр лоб.
- Опять вы? Что на этот раз?
Церн вышел вперёд и пророкотал:
- Нам нужна кастрюля от кристалла долголетия.
- Молчал бы, - одёрнула его Рамона.
- В принципе, смысл верный, - поддержала друга Катрин, когда брови аркканцлера поползли вверх, - видите ли, в чём дело: у нас есть кристалл долголетия, но чтобы он работал, нужна какая-то особая подставка на львиных лапах. Нам сказали, что она есть у Вас. Если бы Вы нам помогли...
- Секундочку, - перебил Чудакулли, - а почему я должен вам помогать? Вас, госпожа Траймон, я бы предпочёл и вовсе не видеть.
Рамона подскочила к нему и принялась что-то яростно шептать на ухо. С каждым её словом он менялся в лице: то бледнел, то краснел, то багровел, то принимал какой-то желтоватый оттенок. В конце концов он бессильно поднял руку и сдавленным голосом спросил:
- Сколько-сколько?
- Месяца два, - с расстановкой повторила Рамона, - если мы кристалл не привезём.
- С кастрюлей, - вставил Церн.
- Как скажете, - согласился Чудакулли и завопил на весь замок:
- Тупс!
Думминг Тупс, склонный к полноте заведующий кафедрой высокоэнергетической магии, примчался без промедлений. Аркканцлер, не дав ему даже отдышаться, заявил:
- Тупс, принеси мне ту вещицу, ну... ту, серебряную, со львиными лапами.
- Ту самую неведомую штуку, которую мы ещё не поняли, куда приспособить? - уточнил Думминг на весь зал. - Так мы её продали давно.
- Как продали? - прорычал Чудакулли. - Кому?
- Так тому гостю из Борогравии, - смутился Тупс, - Вы сами контракт подписали.
- Ой, - растерянно промолвил аркканцлер, поворачиваясь к гостям и разводя руками, - и правда.
- Контракт неси, - начал выходить из себя Церн, - сам обмишурился, а теперь руками разводит.
Весь Ланкр знал, что для Церна Смита практически не существовало авторитетных людей - со всеми он разговаривал одинаково непринуждённо - а вот Наверну Чудакулли только предстояло это узнать. Поэтому он пару минут судорожно хватал ртом воздух, пока не выговорил:
- Тупс! Контракт!
Вышло настолько сипло и скрипуче, что Думминг побледнел и бросился в кабинет. Контракт оказался в руках Катрин буквально через мгновение.
- Эрвин Родденбергер, - прочитала она, - министр обороны Борогравии.
Церн присвистнул.
- Придётся посетить забугорную державу, - протянул он.
- Что поделаешь, - пожала плечами Рамона, - если тут уже всё продали.
- Всё уже распродано до нас, - кивнула головой Катрин. - До свидания, аркканцлер. У нас очень мало времени. Ждите свою подставку назад.
Ланкрцы, шелестя контрактом, вышли из кабинета Чудакулли и отправились на свежий воздух. За территорией Незримого Университета две метлы взмыли в небо и взяли курс на Борогравию. Аркканцлер же пару раз прошёлся из одной стороны своего кабинета в другую, с шумом уселся за свой стол и забормотал:
- Прощайте, прощайте... Самозванка, ходячий скелет и громила - смешно. Надеюсь, я больше никогда не увижу компанию этих прохвостов.
- Зря, аркканцлер, - прозвучал в дверях кабинета весёлый старческий голос.
Чудакулли поднял голову: перед ним в полупоклоне застыл коренастый пухлый человечек с белым пушком вокруг внушительной лысины. Он был одет в мантию с гербом университета, но аркканцлер был уверен, что доселе его не видел.
- Кто ты такой? - устало спросил он.
- Меня зовут Такинадо Записатис, - представился посетитель, - и я университетский архивариус.
Верховный волшебник удивлённо вздохнул - оказывается, в дебрях вверенного ему учреждения есть и архивариус!
- Не удивляйтесь, аркканцлер, - продолжил тот. Его чёрные раскосые глаза смотрели в упор, но лицо вроде бы изучало доброту, - ко мне мало кто заходит. Я и сам почти не выхожу к людям, да вот снабжение сейчас подвело - чернил не прислали. Не будете ли любезны одолжить немного из университетских запасов?
- Да-да, разумеется, - Чудакулли чувствовал неловкость за забытое подразделение, - сию минуту распоряжусь.
- Вот и отлично, - улыбнулся Записатис. - Благодарность моя безгранична, господин Чудакулли. Но всё же послушайте старика: зря Вы так относитесь к молодой мисс Ветровоск.
- Она Траймон, как там тебя... Записамшись?
- Записатис, сэр, - поправил архивариус.
- Точно, Записатис! - едва не кричал аркканцлер. - Траймон! Дядюшка её убил аркканцлера Ветровоска, а она ещё смеет так себя называть!
Старичок поднял руку, успокаивая разбушевавшегося начальника. Улыбка не сходила с его лица.
- Вы многого не знаете. Старина Гальдер, конечно, был хорошим волшебником - слишком хорошим, чтобы его убил Траймон. Он погиб по несчастной случайности, о чём в наших анналах есть запись. Многое тогда стало с ног на голову.