- Допустим, - аркканцлер отказывался верить своим ушам, - допустим, он и не убивал. Но она всё равно не имеет никакого права звать себя Ветровоск.
- И тут ошибаетесь, - покачал головой Такинадо Записатис. - На Диске всё устроено очень справедливо, ничего не происходит зря. Пойдёмте, я кое-что Вам покажу.
Чудакулли немного поколебался, но всё же был слишком заинтригован, чтобы отказаться. Да и с инспекцией давно не заходил, в конце концов. Вот ведь куда он его ведёт - по тёмным боковым коридорам всё ниже и ниже. Тут явно не всё в порядке с пожарной безопасностью. Ещё ниже. Кухня. Интересно, не с ней ли рядом находится архив? Жаль, но нет, архивариус ведёт в подвалы.
- Куда мы идём? - спросил Чудакулли, почувствовав смутное беспокойство.
- Не волнуйтесь, сэр, - ответил Записатис, - архив находится прямо за мастерскими стекальщиков.
Стекальщиками называют мастеровых, оплавляющих свечи для волшебников, чтобы те выглядели солиднее. Это была низкооплачиваемая работа, не требующая особой квалификации. И рядом с такими рабочими комнатами находится архив всего Незримого университета!
- Мы пришли, - провозгласил старичок, - прошу Вас, аркканцлер.
Чудакулли вошёл, едва не ударившись головой - настолько низким был потолок в комнате. Тем не менее, в остальном это было вполне милое помещение: ярко горел светильник, тяжёлые тома с записями лежали в полном порядке и на своих местах, даже пылью не пахло.
- Что ты хотел показать? - поинтересовался волшебник, осматриваясь.
- Вот, прошу, сами взгляните, - ответил архивариус, достав с верхней полки небольшого стеллажа огромный том в бордовой обложке. Надписи от времени немного облезли, но всё равно "Г. Ветровоск + Траймон" читалось достаточно чётко.
Чудакулли открыл том на первой странице и замер: перед ним красовалось обширное генеалогическое древо в виде хитросплетения неровных линий.
- Давай как-нибудь на словах, - махнул рукой аркканцлер.
- Как изволите, - пожал плечами Такинадо Записатис, ткнув пухлым пальцем в самый верх древа. - Ветровоск - фамилия довольно древняя, так что концов, вернее, начала нам не сыскать. Но доподлинно известно, что в Овцепиках жили два брата - Симус и Эрл, которые вечно не могли что-то поделить. Однажды им это надоело, и Эрл уехал. Плюнул и уехал.
- Попрошу без выражений в архиве университета, - поморщился Чудакулли.
- Какие выражения, только исторические факты! - всплеснул руками архивариус. - Он взаправду взял и на родную землю плюнул. У Ветровосков вдобавок всегда было всё хорошо с Заимствованием, поэтому на месте Эрлова плевка образовалась одна из точек невозврата для овцепикских Заимствователей. Было это, как сами видите, около пятисот лет назад. Симус остался в Овцепиках, Эрл уехал. А куда он мог уехать? Только в Анк-Морпорк, зачем мелочиться. Дальше идут его потомки, это неинтересно... Так, а вот сто лет спустя Билл Ветровоск, внук нашего несдержанного героя, попал в какую-то передрягу и был вынужден бежать в Клатч. Чтобы на бегу ещё и язык выучить, а заодно и тыл прикрыть, он перевёл свою фамилию на клатчский. Его фамилия состоит из двух слов - "ветер" и "воск", верно? Как у нас по-клатчски будет "ветер"? Трайм. А "воск"? Монн. Что получается?
Чудакулли побледнел.
- Что же это получается...
- Траймон получается, если убрать лишние согласные, - продолжил архивариус. - Таким нехитрым способом нашкодивший Билл Ветровоск превращается в Билла Траймона, чистого во всех отношениях. Его потомки ездят туда-сюда, по дороге ухитряясь породниться с Убервальдом и Щеботаном - видите, то здесь какая-то двоюродная тётя, то там двоюродная сестра. И всё им что-то не так. В общем, пятьдесят лет назад Ройлен Траймон с двумя маленькими детьми снова в Анк-Морпорке. Один из них пошёл в волшебники, а второй стал отцом юной мисс Ветровоск.
- Выходит, Траймон - это и есть Ветровоск? - уточнил Чудакулли.
- Именно, сэр, только по-клатчски, - кивнул Записатис. - Если б Билловы дети были такими же полиглотами, как он сам, фамилия сейчас и вовсе звучала бы, например, Ни Ий Тан, что нежелательно для приличного человека.
- Это всё хорошо, - проявил нетерпение аркканцлер, - но при чём же здесь Гальдер Ветровоск?
- Минутку терпения, сэр, сейчас всё будет, - успокоил архивариус. - Мы ещё не рассмотрели Симуса.
Чудакулли глубоко вздохнул и закатил глаза. Конечно, он многое узнал, но чуяло его сердце, что история оставшегося брата в пару слов не уложится.
- С Симусом всё куда как проще - он жил себе в Овцепиках да забот не знал, плохо только, что брат его так близко плюнул. Дочка Симусова, если верить документам, пролетела-таки точку невозврата... Впрочем, мы не о ней. Ему вообще с потомками не везло. Вот, смотрите: один уехал в знакомый уже Анк-Морпорк, и у него там родился сын и две дочери. С дочерьми всё ясно, а вот сын - как раз и есть искомый нами Гальдер, погиб в результате несчастного случая. Вот и всё.
- И впрямь всё, - с облегчением выдавил Чудакулли, но вдруг взгляд его скользнул к нижней части древа. - Стоп! Эти линии соединяются?
- Абсолютно точно, аркканцлер! - обрадовался вопросу Записатис. - Отец Гальдера не просто уехал, а бросил в Овцепиках жену - девушку из семьи Экклз, да ещё и маленького сынишку. Не спрашивайте меня, каким мёдом ему было намазано на чужбине, но по дороге он, само собой, потерял в реке документы, а выплыл холостяком. Девушка разозлилась и вернула себе девичью фамилию, каковую дала и мальчонке. Ну а его дочь в том же Анк-Морпорке сошлась с одним из Траймонов. Спустя пять веков уже и не разберёшь, что предки когда-то были роднёй, верно? Таким вот образом наша мисс Ветровоск является потомком обоих братьев по прямой линии.
- Потерянная наследница? - фыркнул Чудакулли.
- Вовсе нет, - спокойно ответил архивариус, - её никто не терял, хотя бы потому, что незачем было искать. Согласно Охуланской унии, Траймоны не наследуют за Ветровосками и наоборот. Да и, согласитесь, в роду толком нечего наследовать. Конечно, я отследил только ветвь, идущую от Эрла и Симуса - фамилия древняя, много и других равнозначных ветвей.
- Но в чём же тут смысл? - растерянно вопросил Чудакулли, пытаясь уловить хотя бы намёк на выгоду.
Такинадо Записатис покачал головой, улыбнулся и с назиданием изрёк:
- Смысл, сэр, тут один: Диск чрезвычайно логичен. Он соединяет разъединённое и возвращает туда, где положено быть.
"Тоже мне, философ! - пронеслось в аркканцлерском мозгу. - Может ему тоже, как казначею, пилюль каких попить?"
Вслух же он произнёс:
- Отлично, отлично сказано. А теперь, будь добр, сделай мне копию генеалогического древа.
- Только древа, сэр? - уточнил архивариус.
- Да, только древа, - ответил Чудакулли, выходя из архива. - Дальше пусть разбирается сама.
***
- Торгаш несчастный! - ругалась Катрин, разворачивая метлу на северо-восток, в сторону Борогравии. - Неужели им так мало платят?
- Платят! - расхохотался Церн. - Я бы за такую работу штрафовал.
- Могли бы разок и поработать ради разнообразия, - фыркнула Катрин.
- Нельзя им, - вмешалась Рамона, - в гримуаре было написано, что волшебник не должен осквернять себя работой, а уж волшебник-учёный - и подавно.
- Зато что-нибудь продать - энто пожалуйста, - развил мысль Церн.
- Продать - это ж не поработать, - согласилась Рамона. - С утра продал - весь год свободен.
До Борогравии было четыре часа полёта, и каждую минуту этого времени компания ланкрцев не преставала распекать аркканцлера Чудакулли, на чём свет стоит. В итоге, когда внизу промелькнула табличка со словами "Добро пожаловать в Борогравию - страну лесов и строгих нравов", молодые люди были уже ко всему готовы. Правда, конец надписи озадачил компанию, но, увидев, что до самого горизонта их встречают лишь полторы ёлки, путники расслабились: возможно, и со нравами тут точно так же.