- Ты в следующий раз пояснее выражайся, что ли, - заметила Рамона Церну.
Тот заливисто рассмеялся.
- Давно я такой рожи не видел!
- Понабрали скрытых извращенцев, - подытожила Катрин. - Надо будет уговорить нянюшку Ягг провести здесь хотя бы месяц - точно отучатся думать, когда не просят.
- Много думать вредно, - добавил Церн.
Путешественники держали курс на Овцепикские горы и планировали добраться до них через неделю полёта.
***
- Проникация! - нянюшка Ягг окликнула мисс Тик, беззаботно идущую в сторону Ломтя. - Какими судьбами?
Ведьмознатка, повидавшая на своём веку многое, чуть не подпрыгнула. В последнее время она стала чересчур нервной и ведь было из-за чего: то едва не спускают с лестницы, то невесть почему нападает чих, то просто не везёт. Но ведьма как всегда решила предстать самой невозмутимостью.
- Дела, Гита, дела, - прощебетала она.
- Ах, дела, - нянюшка прищурилась, - они могут подождать. Я с тобой... как бы это помягче сказать... давно потолковать хотела.
- О чём же? - Проникация Тик захлопала глазами.
- Неужели ты даже не догадываешься? - притворно удивилась нянюшка. - О тех девочках, которых ты подыскиваешь Эсме на обучение.
- Вот как? А что с ними не так? - ведьмознатка стремилась тоже изобразить удивление. При этом она взяла настолько фальшивую ноту, что даже соседский мальчишка, которого три раза оставлял на второй год заезжий учитель музыки, ощутил прилив гордости за себя.
- Проникация, в своём ли ты уме? - нянюшка Ягг перешла к делу. - Понимаю, мы все переживаем за Эсме, но ты хотя бы думай, кого ей предлагаешь. Она и раньше не намерена была никого брать, но ты ещё и пыталась ей подсунуть девчонку с явными задатками свиной ведьмы! С твоим-то опытом проглядеть такие способности...
- Я всё замечаю, - хмыкнула Проникация, резко подняв голову, - а уж талант к лечению свиней - такая редкость, что не увидеть его нельзя.
- Допустим... Но зачем ты отправила её к Эсме? Свиная ведьма настолько полезна, что её взялись бы учить все хоть сколько-нибудь хозяйственные ведьмы.
- В том-то всё и дело, - выпятила грудь мисс Тик, - что в последнее время она вдруг увлеклась травами и думать забыла о свиньях. Я отправила её на перевоспитание - там ей было бы за кем присмотреть.
Нянюшка Ягг чуть не села посреди дороги, раскрыв рот и выпучив глаза.
- На перевоспитание? - переспросила она, давясь смехом. - То есть для лечения свиньи не нужно разбираться в травах - она выздоравливает только от одного решительного вида? Да и чему, ради всех богов, могла бы научиться она у Эсме, если у той одни козы? Ты козу от свиньи хотя бы примерно отличаешь?
- Какая ей разница... - попыталась было защититься ведьмознатка, но была жестоко перебита:
- Ты хочешь, чтобы и она их не различала?
- Ну ладно, - сдалась, наконец, мисс Тик, - пожалуй, я и впрямь погорячилась. Посоветую её в ученицы матушке Черночепчик - вот уж кто знает толк в свиньях.
Нянюшка Ягг едва успела вздохнуть с облегчением, даже слова "Вот и славненько" готовы были вырваться из её уст, как вдруг собеседница продолжила:
- У меня ещё есть на примете неплохая повитуха.
- Я ею займусь, - выразила готовность нянюшка. - И вообще, Проникация... где ты их берёшь?
- В Сто Лате и предместьях Анк-Морпорка, - созналась Проникация Тик, отчаянно перебирая складки на подоле.
- Оставь ты это гиблое дело. Это равнины, там нормальных ведьм сроду не бывало, - с гордостью в голосе заявила нянюшка Ягг, не раз бывавшая в Анк-Морпорке. - И потом, это ведь не твой район.
Сказав это, ведьма не стала дожидаться ответа и ускорила шаг настолько, что её собеседнице пришлось бы догонять её бегом. Но та не спешила в погоню: она стояла посередине дороги, вспоминая, зачем ей нужно было в Ломоть.
- "Не твой район", - доносилось сердитое бурчание. - "Сейчас там нет нормальных ведьм", да "не твой район", а как заявится опять какая-нибудь взрослая девица, так будут судачить, что проглядела.
Но никто уже не мог парировать эту фразу - нянюшка Ягг на всех парах мчалась в тот же Ломоть, чтобы лично привести на сбор у короля Веренса госпожу Господиеси. Побеседовав с Проникацией Тик и скрывшись с её глаз, она пересела на метлу и взмыла в воздух.
В районе Охулана метла Катрин вздрогнула, задымилась и заглохла. Уже довольно опытная полётчица, она сумела спикировать на землю без особых потерь, за исключением вывихнутого пальца, который тут же сама себе и вправила.
- Не летится и не едется? - пробасил Церн, слезая с метлы Рамоны.
- Говорила ж я: прогреть надо было перед полётом, - причитала Рамона.
- Уберите этот ходячий сервис-центр! - огрызнулась Катрин. - Наша бывшая хозяйка, небось, опять что-то сварила, причём отнюдь не щи.
- А зря, - заявил Церн.
- Согласна, - кивнула Рамона, - но что поделаешь, если она такая непредусмотрительная: тьму хороших продуктов переведёт, а сварит какую-то гадость.
- В прошлый раз превратить её гадость в радость помогли совиный помёт и эффект неожиданности, - поделилась опытом Катрин, - а теперь это вряд ли поможет.
- Теперь-то точно, - согласилась Рамона, - а что у неё тогда из помёта сварилось?
- Зелье вечного успеха, - ответила девушка, прикидывая, сколько им ещё оставалось лететь.
Церн фыркнул.
- Какое зелье, такой и успех.
Ланкрцы переглянулись, поняли, что даже такого успеха в полётах им больше не видать, и вышли на дорогу в ожидании повозки. Редкий экипаж проезжал через Охулан в сторону Овцепикских гор и ещё более редкий транспорт ехал в Ланкр, но перспектива идти пешком была гораздо менее привлекательной как с точки зрения ног, так и с точки зрения времени. Тем более, что одна столь нужная повозка в этот день всё-таки была. Пока молодые люди на чём свет стоит ругали хозяйку некоего замка, она неспешно проезжала Сто Лат, и кучер планировал быть в Охулане часов через шесть.
В замке мудрецов Крулла раздавался леденящий кровь смех. Даже не просто смех - хохот близкого к истерике человека. Это радовалась Лили Ветровоск, выливая из высокого окна зелье вечного успеха. Горячая серо-зелёная жижа устремилась вниз, а на замену ей уже была приготовлена новая: такого же противного цвета, заколдованная на неудачи в воздухе, поломки, потери имущества, икоту и аллергический насморк (впрочем, вероятнее всего, последнее вызывал сам вид этой бурды) - Лили постаралась на славу.
Пока она ликовала и потирала руки, успешная жижа разом ухнула на землю... точнее, должна была ухнуть на землю, а на самом деле ухнула на одного из офицеров королевской армии, командующего гарнизоном охраны замка. Несчастный окольными путями возвращался домой с длительных учений, где ему пришлось ползать в болоте и вести отряд по предгорьям. Пока он это делал, выяснилось, что кто-то унёс весь комплект его формы, так что бравому военному пришлось отправляться домой злым и перепачканным. И каково же было его удивление, когда на него приземлились пять литров жутко горячей гадости! Ругаясь и отплёвываясь, офицер пообещал это припомнить и ушёл восвояси.
На следующий день хозяйка замка мудрецов Крулла была объявлена вредительницей и диверсанткой. К ней пришёл взвод прапорщиков королевской армии и вычистил замок до такой степени, что варить стало нечего, не из чего и не в чем. Старший прапорщик Конфискатус, бравый вояка с лицом и комплекцией довольного жизнью, лично описал всё имущество Лили вплоть до чугунных сковородок и трав.
- Шар хрустальный неясного назначения, травы кулинарные, набор посуды неясного назначения, - бормотал самый юный прапорщик взвода, загружая самые разные предметы в телеги, - котёл неясного назначения с жидкостью...
- Выливай, - скомандовал Конфискатус.
- Без жидкости, - поправился парень, пока очередная сомнительная жижа впитывалась в землю. Лили, увидев это, от досады чуть не взвыла.
Различные котлы, шары, склянки и даже зеркала вытаскивали из замка без малого четыре часа, сразу же складывая на телеги, одна из которых принадлежала лично старшему прапорщику Конфискатусу. Затем взвод быстро расселся по тем же телегам, и они, позвякивая плохо закреплённой посудой, двинулись к королевскому замку.