Юн смотрит на Мелиссу и надеется, что у нее будет все гораздо лучше, чем сейчас. Ему не хочется, чтобы еле живой огонек в груди потушили ужасные люди. Не хочется, чтобы все закончилось так же, как и с ним. Он верит, что все наладится, хотя сам не сможет ей никак помочь.
Все то время, пока идет дождь, они говорят лишь о чём-то обыденном, совершенно неважном, но таком нужном сейчас. Ливень прекращается лишь ближе к утру, и яркие звезды показываются из-за туч, озаряя темное небо. Ночь подходит к концу так стремительно, что подростки за разговором и не замечают вовсе, как все светлеет. Воздух чист, свеж, а где-то у кромки горизонта нежно-розовый оттенок появляется – совсем скоро взойдет рассветное солнце.
– Я же сюда пришла в последний раз, – говорит Мелисса внезапно с грустью в голосе, и Юн подскакивает на месте, удивленно глядит на нее. – Скоро экзамены, и я не смогу больше приходить. А после уеду насовсем, учиться.
Глаза юноши тут же наполняются соленными слезами, но он держится и прячет их, пока девушка рассказывает ему еще о своих планах на будущее. Он знал о том, что скоро все кончится, но не думал, что все случится так скоро. Они не знакомы так близко, чтобы быть хотя бы друзьями, но в груди щемит неприятное чувство.
Солнце поднимается над горизонтом, озаряя серые спальные районы и пустые окна заброшенного дома. Они сидят еще недолго, общаются, но с каждой минутой горькое осознание того, что скоро настанет прощание, становится все невыносимей.
– Знаешь… Я правда не хочу прощаться, и… – Мелисса пытается подобрать слова, но Юн ее перебивает:
– Не говори ничего. Я все понимаю. Но… У тебя есть ручка и листок?
Из портфеля, который девушка постоянно таскает с собой, он вытаскивает нужные ему вещи. Юноша быстро что-то пишет, а потом складывает листок, бросая его обратно. Юн снимает черное кольцо со своей руки и передает Мелиссе, кивнув слегка, наверно, себе. Она вскидывает бровь и удивленно глядит на него, но юноша поясняет:
– Потом посмотришь. Не сейчас, – он качает головой и опускает взгляд.
Секунды кажутся вечностью: они не знают, что и делать, но девушка внезапно приобнимает его за плечи слегка и тут же отстраняется, отходя на пару шагов назад. Робко и слегка несмело.
– Спасибо тебе за все. Ты не ненужный человека, как ты любишь говорить. Ты хороший, правда. Прощай, – говорит она.
– Прощай, – шепчет Юн в ответ, и после этого Мелисса покидает его, оставляя наедине со своими мыслями. Ему кажется, что те пару месяцев, когда они, не сговариваясь, приходили сюда раз в неделю, пролетели слишком стремительно. Он даже опомниться не успел.
Он делает шаг, пытаясь последовать за девушкой, но не может, зная, что вот и настал его час. Пепел рассеивает прохладный ветерок, и юноша больше никогда не появится на этой заброшке, растворяясь в пустоте, уносясь вместе с воспоминаниями и чувствами в небо. Душа успокоена на века, и лишь спокойствие правит здесь теперь.
В портфеле же у бегущей домой Мелиссы лежит записка, которую она совсем скоро прочтет:
«Песня «I Wanted to Leave» от Syml. Послушай ее как-нибудь, думаю, тебе зайдет. Может, напомнит даже обо мне, но не столь важно сейчас, поверь. Я уйду, навсегда, как и ты, но немного в иное место, и хочу, что ты знала: я благодарен за те вечера и рассветы, встреченные вместе. Солнце взойдет и в твоем мире, в твоей душе, главное, не сдавайся, не потеряй себя. У тебя получится, я буду верить в тебя, даже если знаю тебя не так хорошо, чтобы говорить о таком. Я все равно буду верить, поверь.»
И маленькая подпись снизу с настоящим именем Юна, которого больше никто и никогда не увидит.
<center>***</center>
Этот городок был мал и сер, и с годами лучше не становилось. Он умирал, так что все старики, живущие здесь всю свою жизнь, пророчили скорую гибель его и полное запустение. Здесь не осталось даже того, что все друг друга знали, ведь души черствели и покрывались ледяной коркой. Никому теперь не было дела до другого. Поглощенные проблемами, они даже и не думали, что когда-нибудь солнце взойдет и озарит черно-белые окрестности, окрасит красками мрачность.
А та заброшка – яркая частичка монохромного мира – помогла еще некоторым уставшим подросткам понять, что когда-нибудь обязательно станет легче, чем сейчас. Лишь юношу с белыми волосами никто и никогда не видел, но, как он и сказал, даже так, он верит в Мелиссу. В ту Мелиссу, которая слушает старые пластинки и любит холодный зеленый чай. В ту, которая слишком удивительна для этого мира. В ту, у которой все обязательно получится. Он верит и будет верить в нее. Всегда.