Надела джинсовые шорты, белую футболу и шла к выходу. По крайнее мерее я делала вид, что хорошо себя чувствую, и очень сильно пыталась не упасть.
Вызвала такси и сев ждала. Хочется упасть в его объятия. Голова болит, ноги трясутся, живот просит еды, но если я хоть что-то поем, то меня вывернет наизнанку.
Отдав деньги, я именно вывалилась из машины. Но снова собрала все силы в кулак, я встала. Иду и ищу глазами Матвея. Вижу знакомую фигуру, которая уже встала с лавочки, и направился к другому выходу.
- Матвей! – окрикнула его я, а сома упала, ведь сил больше нет.
- Милана! Черт возьми, тебе плохо!? – подбежал ко мне, он поднял меня на руки и посадил на лавочку,- ты вся горячая.
- Ты хотел поговорить,- тихо говорила я.
- Да, но тебе плохо.
- Всю нормально. Просто ответь, я нужна тебе? – сказала я, уже громче повернув голову и смотря ему в глаза.
- Да. Я люблю тебя, - сказал Матвей и, наклонившись, поцеловал меня.
- Не надо,- оттолкнула его я,- я болею и могу тебя заразить.
- Мне плевать, значит, будем болеть вместе,- снова наклонившись, он поцеловал меня.
- Я люблю тебя,- сказала я, и упал на него.
- Я люблю тебя, малышка, только держись. Ты вся бледная и горячая,- Матвей взял меня на руки и понес куда-то, целуя меня в макушку. Я завернулась калачиком.
Мы сели в такси я лежала в руках Матвея. От того, что, вот он рядом, на душе тепло, в животе порхают бабочки.
- Скажи, что ты больше никогда не причинишь мне боль и не уйдешь? – тихо сказала я и, подняв голову с колен, посмотрела ему в глаза.
- Никогда. Я люблю тебе солнце. И давай договоримся, ты больше не будешь убегать от меня,- сказал Матвей, а я просто расплакалась,- эй, ты чего. Тебе плохо? Милан?
- Нет. Просто я так долго ждала этого счастья. Я так долго ждала, что ты хоть когда-нибудь, полюбишь меня,- говорила я, и плакала, пока Матвей вытирал слезы с моих щек.
- Дурочка моя. Я же всегда любил тебя, а ты просто убегала.
- Приехали! – сказал нам водитель, и Матвей, отдав деньги, вышел и подхватил меня на руки.
- Где тебя черт… - не успел договорить Егор, как увидел меня.
- Ты что ещё и сбежала? – спросил Матвей, пытаясь посмотреть мне в глаза, но я лишь уткнулась ему в грудь,- сейчас не до этого она вся бледная и горячая.
- Мам! – крикнул Егор, и через несколько минут появилась, обеспокоенная и злая родительница.
Несколько часов меня лечили, пока возле моей кровати сидел обеспокоенный и недовольный Матвей. Я держала его за руку. Папа хотел его выгнать, но я стала угрожать, что снова сбегу. Мама над этим хихикала. Алина сидела у себя в комнате. А Егор сверлил взглядом меня. Он был жутко недоволен моей выходкой.
- Да, ладно тебе! – сказала я и смотрела прямо в глаза брата, пока за нами наблюдали родители и теперь уже мой парень,- Подумаешь!- и у брата взлетели брови,- хватит дуться! Погоди! Да ладно! – брат вскинул руки и вышел из комнаты, но я вслед ему крикнула,- я все равно узнаю! Кто она?
- Что это было? – спросил Матвей, когда родители вышли, оставив нас наедине.
- Что именно? – уточнила я.
- Я про весь вечер.
- Ну, после пляжа, мне было очень, хренова на душе. Из-за подруге, и да, из-за тебя. Было больно. Я вывалила все на Егора. Он поделился со мной своими чувствами, теперь жалеет, потому что я его терарезирую за девство. Потом я очнулась здесь, и Алина подала цветы, а там записка,- минуты три я молчала, а потом по моим щекам потекли слезы, и я шепотом сказала,- я очень сильно боялась потерять тебя. Ты появился в моей жизни очень спонтанно. Мне было больно видеть тебя с Лизой. Да, признаю, я ревновала.
- Я тоже,- перебив меня, сказал Матвей,- я не знал что Рома, тебе как брат, и думал, что ты его девушка. Думал, что был тебе безразличен.
- Но это было не так. Я.… Прости, за аварию. Я знаю, ты попал туда по моей вине.
- Нет, что ты.
- Матвей, давай не будем врать. Я знаю, что из-за той ссоры, ты на эмоциях уехал, и потерял контроль. Ты просто хотел поговорить. И может быть, если бы я не истерила, тогда бы мы не мучились так долго. Прости, что не приходила в больницу, но …