Его подхватили рабы-нубийцы, их легко отличить, они другой расы, и дружная толпа пошла куда-то, минуя Асуан.
Жаль. Мне хотелось посмотреть на древний город. Даже по нынешним временам он уже таковым считается, никто не помнит времени его основания. Хоть он и не столичный, столица первого нома Та-Сети на острове напротив, в Элефантине (егип.: Абу, «слон», «слоновая кость»), но всё равно довольно большой по меркам древнего мира.
Мрамор тут добывают очень давно, так что и поселение не могло не возникнуть. Первыми начали работы чернокожие нубийцы, которых совсем недавно покорили краснокожие цивилизаторы. На соприкосновении двух культур трудно провести границу, это нубийская архитектура или египетская. По крайней мере то, что я вижу мне кажется египетским, каноничным, хотя от деда знаю, что ещё недавно, при его жизни это было Нубией.
Примерно лет тридцать здесь хозяйничают египтяне, и за это время вполне можно принять их богов в свой пантеон и наколотить на нубийском храме картушей с именами царя, надписать правильные имена богов и даже немного перестроить что-то, поставить какие-то статуи.
Однако чернокожих в этом районе много. Не зря же столица нома располагается на острове, а ещё южнее Асуана стоит военный гарнизон, охраняющий недавно сдвинутую на юг границу от не смирившихся с этим соседей.
Столицу тоже видно, она на большом острове, который мы миновали, не приближаясь по пути к Асуану, расположенному на восточном берегу. Разлив эти места не затронул, берега здесь высокие, скалистые. Вообще не похожа местность на ту, к которой я привык в окрестностях деревни. Зелени здесь относительно мало, камни и каменная пыль повсюду.
Кстати о нубийцах. Египтяне выделяют три или четыре расы: сами себя они относят к красной. Есть ещё белая и чёрная. С чёрной понятно, белыми зовут не менее смуглые народы на севере от родных краёв. А вот, ливийцев, рабу, то есть «поклоняющиеся солнцу», относят то к отдельной к жёлтой, то тоже к белой. Нет у них учёных-расоведов.
Оказалось, что жить мне придётся в посёлке недалеко от каменоломен. От реки до них всего пара километров, дошли быстро.
Удивительно, но рабов здесь нет. По крайней мере я не увидел, что, впрочем, не исключает того, что им не позволяют работать так близко к выходу из карьера. Среди тех, кто на виду, нет никаких верёвок на шее, и не видно злобных надсмотрщиков с плетьми. Они тут с палками.
Длинные такие тростины, иногда охаживают, но не за леность, а за нарушение дисциплины. Разгоняли свару. Двое что-то не поделили, и вдруг появились группы поддержки, готовые вступиться за своего. Вот тут и пустили в ход эти трости. Лупили нещадно, но не до смертоубийства, а ради обучения рабочему этикету. Налаживают корпоративную культуру.
— У меня дела накопились. Посиди пока тут, — Саптах махнул рукой в сторону комнаты, назначения которой я не понял. Она пустая.
У меня родилось две версии, почему плыли ночью: занятой человек спешил вернуться к работе или он сейчас спешит на какой-то праздник воссияния — это когда статую бога заряжают жизненной силой, вынося её из храма и катая на ладье. Триада богов Элефантины и Асуана связана с разливами Нила, так что сейчас для этого подходящее время. Я не уверен, просто предполагаю.
— Можно походить во дворе? — спросил я.
Там жарче, но не хочу сидеть в четырёх стенах.
Мне позволили.
Дом Саптаха, не знаю, личный или служебное жильё, даже по меркам будущего шикарный. С садом и бассейном, большие жилые помещения, а главное — всё это окружено высоким забором, отгораживающим от остального поселения и людей попроще. Естественно, всё из камня. Как-никак мы в карьере, где добывают строительные материалы.
И опять должен разочаровать часть людей будущего: никаких инопланетян, гидроабразивной резки и древнего бетона. Просто много рабочей силы и упорный стук не только медными и бронзовыми, но и каменными инструментами. Удар за ударом. Каждый раз откалывают по крупинке, а в итоге делают серьёзные углубления. Потом просто напросто отламывают, расклинивая. Любопытный способ: деревянные клинья не забивают до отлома, их просто мочат, они набухают и так создаётся трещина в глыбе.
Может ещё какие-то технологии есть, мы просто прошли довольно далеко. Что увидел — рассказал. Мне показалось, что что-то вроде пиления применяют, сыплют тёмную пыль под инструмент. Мой инженерский ум не нашёл иного объяснения, кроме как применения его в качестве абразива.
Может, ошибся — это происходило далеко от меня, я плохо разглядел.
В саду на меня косились слуги и охранники, но не останавливали и не мешали свободно ходить. Видимо, их уже предупредили о новом жителе особняка.