Ещё в одном месте слышался стук камня о камень, но что делали не видно, всё происходило за стеной.
При приближению к центру — две недавно установленные стелы у храма Анукет, построенного в нубийском стиле видны издалека, они как маяк — начали появляться более просторные здания, даже двухэтажные и обнесённые заборами. Запахи стали поприятнее. Вонь нечистот никуда не делась, но её изрядно заглушали ароматы еды и благовоний.
Оказалось, что скотным двором воняет и от храма Анукет. Миут прояснила, что здесь разводят газелей с целью принесения их в жертву. Этакая курьерская служба, чтобы священное животное отнесло весточку к богине, которую скотина воплощает. Чтобы она добралась до Дуат, необходимо антилопу или газель (как и любое другое вотивное животное) забальзамировать по всем правилам, так же как людей.
Это довольно доходный бизнес, но понятное дело, весьма вонючий.
Здесь же есть и священная газель-оракул, к которой абы кого не пускают. Чтобы к задать вопрос, нужно сделать щедрые подношения.
Вот уж не ожидал, что дворец правителя будет рядом с этой по сути фермой. Хотя, для местных это совсем не так.
Особняк управляющего Асуаном по сравнению с домом богини Анукет выглядит скромно.
Здание аккуратное и просторное, с садом и бассейном, по планировке напоминает дом Саптаха, но раза в полтора выше и имеет два этажа.
Если бы не величественный, пусть и воняющий навозом и работой бальзамировщиков храм рядом, я бы назвал особняк внушительным. Однако, высокие колонны и стены выше двадцати метров бросают тень на великолепие дома Собекхотепа, который даже если бы и хотел, то вряд ли мог бы позволить себе что-то такого же масштаба как дом самой богини Анукет. И по причине обязательной скромности на фоне священных существ, так и финансово. Даже правителю города с торговым портом такое строительство вряд ли по силам.
Опять же, слева от храма имеются жилища лишь едва уступающие его дворцу. Предположу, что там обитает жречество, но достоверно не знаю, может священная антилопа именно там и живёт или массовая усыпальница мумий. Спрашивать неуместно, все напряжены, даже Саптах и Неферу вылезли из паланкинов и пошли пешком.
Войдя на территорию сада Собекхотепа они демонстративно сняли сандалии. Видимо, обычай такой. Так-то они их и не носили вовсе до этого, обулись только чтобы показать подчинённый статус вот таким жестом.
Выбежал слуга, упал перед нами на колени и тыкаясь мордой в брусчатку сказал:
— Хозяин Собекхотеп ждёт тебя, о, мудрый Саптах. О твоих людях позаботятся, а жена и дочь будут довольны песнями и угощениями в компании хозяйки Сенетитес (егип.: «сестра его отца»). Их проводят, — не поднимая головы, он резко взмахнул рукой, и справа, скрючившись в карикатурном поклоне, выбежала служанка, чтобы проводить женщин семьи Саптах в отдельное помещение, небольшой по сравнению с основным зданием домик. Впрочем, относительно типичного городского жилища он огромен.
Оттуда слышалась музыка и ветер доносил ароматы благовоний, с трудом побеждающих запах священных животных Анукет.
Мне, человеку будущего, местное треньканье не нравилось ещё в деревне. Я думал, что на празднике элиты будет что-то получше, но нет. Всё то же примитивное с точки зрения мелодии звучание. Я не знаток этнической музыки, но мне напоминает смесь китайских и шотландских мотивов, а не арабские, как это пытаются изобразить большинство реконструкторов будущего.
Служанка, пришедшая с нами, установила на парики хозяек восковые ароматические конуса, повесила на шеи ожерелья из цветов, и только после этого они пошли за проводницей, всё так же не разгибающей спины.
Здесь, наверное, уместно напомнить, что одежда — это ещё и признак статуса, так что в присутствии господ служанки не носят платьев. Нет, не полностью раздеты, но в небольших набедренных повязках, этаких кушаках, довольно изящно украшенных.
А сами хозяйки в праздничных нарядах из тонкого, почти прозрачного льна, увешаны ожерельями и браслетами так, что при ходьбе звенят.
Насколько я помню, в деревне считалось вежливостью, когда хозяин лично встречает гостей. Уверен, что и в домах важных господ должно быть так же. Этот обычай даже в будущем сохранился. Именно этим я объясняю внезапно ещё больше испортившееся настроение как самого Саптаха так и его семейства.
Похоже, он хоть и важный человек, но не настолько, чтобы ему оказали такое уважение.
Нас троих проводили в мужской дом, где обстановка тоже не напоминала о деловых переговорах.
Помещение довольно просторное, но без потолка, просто тканный навес, один край которого приподнят так, чтобы ловить северный ветер и направлять его на гостей. Однако стены настоящие, каменные. Оштукатуренные, они покрыты изображениями со сценами пира. Кажется, у фигур даже есть некоторое портретное сходство с хозяевами. Перепутать трудновато потому, что как и в доме Саптаха, канон соблюдён не в полной мере.