Конкурс на пробивную мощь тоже проиграл. Вот тут-то и стало понятно, отчего от военных вышел такой здоровяк. Я на правах эксперта попросил попробовать натянуть все три версии оружия, и мои подозрения подтвердились: новый армейский лук я не смог натянуть!
Их же старый — на половину. А вот тот, что изготовил мастер Хнумхотепа — с трудом, но поддался моим детским рукам.
— Великий, — начал я речь в защиту мастера, но Хнумхотеп меня остановил:
— Сам видел. Критерии мы выбрали глупые, — сказал он, покосившись на Мерикара.
Тот только улыбнулся, глядя как его подчинённый пробивает щит навылет.
Зато мои ощущения говорили совсем иное. Я совсем не специалист в стрельбе, но кожей чувствовал, как отличаются луки. Каюсь, не мог не представить себя на месте щитов и мишеней. Лук армейских — это дурная мощь, мощный удар, способный отбросить жертву. А сила композитного лука мастера Хнумхотепа тонкая, проникающая.
От низкочастотного гула при полёте тяжёлой стрелы, выпущенной из тугого лука я вздрагивал, а при выстреле из изящного лука бежали мурашки, и на зубах появлялось неприятное ощущение как при жевании сухой ваты, а на спине что-то вроде удара прутом. Дед меня порол нещадно, когда слишком умничал. Далеко не сразу ко мне прислушиваться стали. Так что знаю, о чём говорю.
Классический лук, выглядящий точь в точь как на палеолитических рисунках в пещерах, без сомнения тоже эффективное оружие. Однако если сравнивать его с композитными образцами, то он явно не дотягивает. Как простолюдин-новобранец по сравнению с обученными потомственными воинами-аристократами, один из которых в процессе воспитания делал уклон на силу, а второй на проворность и гибкость.
«Слабый» лук победил только в состязании на дальность стрельбы. Шагов на двести зашвырнул снаряд, но тут заслуга не только лука, но и в том, что и стрелы мастер сделал, оказывается, по моим рекомендациям.
Это он так сказал, хотя я не помнил ничего особенного. Видать, и Уарсу не записал, раз не учли этого соперники.
Стрелок из обычного деревянного лука формально выбыл из состязания после того, как луки на короткое время опустили в воду. «Формально» потому, что ему заменили оружие, и он продолжил: все конкурсы провели дважды, для сухого и мокрого оружия. Я и забыл, что ляпнул, будто составной лук не очень чувствителен к влаге.
А вот Уарсу всё записал.
К моему облегчению, показали луки себя неплохо и увлажнённые не расклеились. Правда, снаружи их обмотали обработанными полосками кожи, с чего бы им промокнуть-то? Оказывается, это тоже я рассказывал, но подзабыл.
Честно говоря, я после посещения мастерской и не думал о луках, большей частью сознательно прогоняя все мысли о том, это я ускорил военное дело Египта на несколько столетий.
Хоть формально Мерикара был доволен своей победой, однако признал, что более лёгкий в натягивании лук предпочтительнее во время войны. Можно делать больше выстрелов. А тот, мощный, скорее парадное оружие.
В любом случае, такая трудозатратная вещь вряд ли может стать массовым вооружением, однако, какие-то элитные подразделения без сомнения стоит ими оснастить.
Меня не покидала мысль, что я зря ввязался в это. А с другой стороны, что было бы если бы отказал номарху? Какими словами? Мол, идеи есть, да не про твою честь. Ага.
Есть надежда, что, возможно, эти луки и не приживутся. Может то, что записал Уарсу, потеряется?
Говорю и сам себе не верю. Уж больно радовались и Мерикара, и Хнумхотеп после испытаний. Даже сами лично сравнили все три образца.
Стреляют они неплохо, умеют.
А я в деревне только с пращой тренировался. Мы с ребятнёй на птиц охотились…
Эх, почитать бы, что там Уарсу записал!
Глава 13
Постепенно жизнь при библиотеке стала рутиной. Утром я восстанавливал свитки, потом разминал косточки, делал гимнастику, на которую местные смотрели как на придурь. Мне не привыкать, ещё в деревне так было.
Потом шёл заниматься своими делами, изредка делал конспекты интересного мне, но такое встречалось крайне редко. К по-настоящему ценному в моём понимании у меня по-прежнему не было доступа, хотя с точки зрения храма, мой допуск стал заметно шире.
— Опять сидишь в пыльном зале? Все твои сверстники играют на улице.
Этот приятный голосок принадлежит Анкетсат, великой певице богини. Это она будит меня по утрам своим пением.
Под игрой она имела ввиду сенет, настольная игра с продвижением фишек по доске. Мне она ещё в деревне надоела, не люблю её. А вот кто такие мои сверстники — это для меня загадка. Я тут самый мелкий.