Когда ко мне повысилось доверие, то смог добраться до свитков со знаниями по архитектуре, ирригации, строительству лодок и прочим бытовым энциклопедиям. Большинство из них не привычные людям технической цивилизации справочники, а поучения. Похоже на наставления старшего младшему в форме монолога от первого лица.
Конечно, в каждом содержится и магическая часть, ведь вся деятельность египтян неотделима от ритуальной практики. Но всё-таки это не систематизированное знание, а требующее осмысления. Вероятность ошибки для мыслящего категориями иного времени и чуждой культуры всё-таки высока.
Анкетсат принесла мне свиток, на бирке к которой значилось: «Таинственная книга искусства херихеба».
Херихеб переводится как «тот, кто при свитках» или «держатель книг». Это не библиотекарь, и даже не то, чем занимаюсь я. В первую очередь это чтец, довольно высокий титул среди жреческой братии, в каком-то смысле это мужской аналог того, что делает певица, но в понимании, приближенном к авраамическим религиям. В том числе читает погребальные заклятия. А так называется потому, что держит свиток буквально: лента с текстами обвита вокруг его груди.
В сознании египтян херихебы приравниваются к магам, а не к священникам.
Я встречал это имя, читал сказку в открытом доступе, а в более похабной версии её рассказывали в деревне. Правда, имя не упоминали. В ней жрец создал воскового крокодила, чтобы тот сожрал любовника его жены. Папирус содержал свод из четырёх историй, и все они про применение каких-то волшебных предметов.
В сказке говорилось, что маг-жрец Убаинер просто слепил крокодила из воска размером в семь ладоней, запечатал его в свинцовый ковчег и прочитал над ним заклинание: «Того, кто придёт совершить омовение в моём пруду, — схвати…».
(авт.: см. папирус Вескар)
В своде, который я прочёл четыре сказки. Во второй волшебник Джедефхор раскрывает воды озера, чтобы подобрать бирюзовую заколку женщины.
Волшебный жезл, с помощью которого он это сделал, не упоминается, но именно о нём идёт речь в «Таинственной книге». А та заколка оказалась защитным амулетом, и как его сделать, какие слова для этого нужны — рассказано. Даже в трёх вариантах: в виде са, анкха и нефера -трахеи.
Так же содержится инструкция по изготовлению волшебных вёсел из чёрного дерева, сандала и золота из этой же истории и сетей, в которые наряжали девушек. Звенящие платья из металлических трубочек — это вообще-то стандартная амуниция для жриц Хатхор. Скорее всего именно из-за этой части жрецы припрятали свиток.
А вот способ, как отрубать и приживлять назад головы чародеем Джеди не объясняется. Возможно, автор попробовал на себе, и получилось только отделить, вернуть на место не сумел, так что не рассказал. Шучу, конечно. Это же на самом деле балаганный трюк, в магическом папирусе ему не место. Такой фокус ещё тысячи лет будет одним из обязательных в цирковом репертуаре. Я видел его не так давно в исполнении рыночных танцоров. Они не только исполняли акробатические трюки под музыку, но ещё и показывали фокусы, включая исчезновение ценностей из сумок зевак.
В свитке настоящая магия описывается, а не способы обмана, не удивительно, что херихеб не уделил ему внимания.
Из этой сказки есть ещё рецепт уздечки, которая делает льва послушным, а вот как богини сделали царские короны не упоминается. И устройство дворца Тота тоже не приводится. Эх, всё самое интересное и не вошло в Таинственную книгу.
Я пообещал, что не стану переписывать секрет жреческого одеяния Хатхор, и был оставлен изучать остальное.
Чтобы повторить инструкции из свитка, надо быть резчиком по камню, ювелиром и Бэс знает кем ещё. Я такими навыками не обладаю, так что пришлось модифицировать инструкции.
В Книге написано, что важный принцип талисманной магии — это ритуальная чистота материалов. Условно говоря, нельзя использовать что-то, у чего уже была иная функция, ведь у предмета уже есть специфическое ка.
Например, нельзя взять и очистить тот амулет, который вызывает порчу, и перезарядить его на позитив. Его можно только уничтожить.
Это довольно забавно в том контексте, что фараоны — не просто правители, а по сути главные жрецы теократического государства — «захватывали» чужие статуи и усыпальницы, не говоря уже о погребальным инвентаре.
В этом смысле особенно отличились… точнее, отличатся где-то в будущем, Хоремхеб и Рамзес Второй. Они стирали картуши предыдущих хозяев и клеймили их своим именем. Главное же не портретное сходство, а чьё имя написано. Именно имя, рэн, гарантирует вечность усопшему.