Последовал взаимный обмен любезностями, сожалениями о том, что они так долго не виделись, — и, естественно, в конце концов разговор перекинулся на то, как удивительно молодо выглядят сёстры Макиока.
Когда она только что вышла встретить их к воротам, сказала г-жа Сугано, и увидела выходившую из машины Таэко, она в первый момент подумала: это, должно быть, Эцуко. Конечно, что и говорить, глаза у неё уже не те, что прежде… Потом из машины показались Юкико и Сатико, но вдова, разумеется, решила, что это Таэко и Юкико. А где же Сатико? — недоумевала она. И кто эта маленькая девочка? Только сейчас она наконец разобралась, кто есть кто…
Вторя свекрови, Цунэко заметила, что хотя до сих пор не имела удовольствия быть знакомой с сёстрами Макиока, она много слышала о них и представляла себе, сколько лет должно быть каждой из них. Однако, увидев сестёр вместе, она совершенно растерялась и не сразу сообразила, которая из них старшая, которая младшая. Цунэко слышала, что госпожа Юкико старше её на три года… Она надеется, что гостьи простят ей этот нескромный вопрос, но неужели это и в самом деле так?
Цунэко исполнилось тридцать лет, пояснила г-жа Сугано. Примерно на столько она, пожалуй, и выглядела, что было вполне естественно для замужней женщины и к тому же матери двоих детей. Однако рядом с Юкико она казалась настоящей матроной, хотя, судя по всему, сегодня была одета и причёсана старательнее, чем обычно.
— Нет, это просто поразительно! — продолжала г-жа Сугано. — Когда Кой-сан приехала сюда в первый раз, она была вот такой же маленькой девочкой (вдова показала на Эцуко), ну, может быть, чуть постарше. А во второй раз ей, наверное, было лет четырнадцать — пятнадцать. — Вдова несколько раз моргнула, как бы не в силах поверить своим глазам. — Глядя на неё теперь, никак не скажешь, что с тех пор прошло целых четырнадцать лет! Я, конечно, промахнулась, приняв её за Эцуко, но даже сейчас, беседуя с Кой-сан лицом к лицу, я не вижу, чтобы она особенно изменилась за эти годы. Ей никак не дашь больше восемнадцати!
* * *После чая вдова позвала Сатико в дом, чтобы обсудить кое-какие вопросы, связанные с предстоящими смотринами. С самых первых минут этой беседы Сатико стало ясно: им не следовало принимать её приглашение. Как выяснилось, г-жа Сугано не имела ни малейшего представления о том, что прежде всего заботило Сатико с мужем, а именно: каков господин Савадзаки как человек? Оказывается, г-жа Сугано даже ни разу его не видела!
Из рассказа вдовы следовало, что семьи Сугано и Савадзаки с давних пор связывают узы взаимного уважения, как это и пристало представителям двух старинных родов. Её покойный муж был дружен как с ныне здравствующим господином Савадзаки, так и с его батюшкой, но после его смерти семьи перестали общаться между собой. Насколько помнит г-жа Сугано, Савадзаки-сын ни разу не был у них в доме, и лично она с ним не знакома. Но у них есть общие, друзья. От них-то г-жа Сугано и узнала, что три года назад он овдовел и намерен жениться во второй раз. Какие-то переговоры о сватовстве, судя по всему, велись, но пока из этого ничего не вышло. Хотя господину Савадзаки уже за сорок и у него есть дети, он ищет себе невесту, которая была бы не старше тридцати лет и вступала бы в брак впервые.
Госпожа Сугано сразу же вспомнила про Юкико, хотя её возраст не вполне соответствовал упомянутому господином Савадзаки, и подумала, что попытаться всё-таки следует. Конечно, если действовать по всем правилам, то полагалось бы прибегнут к помощи свата, но ведь такое дело не всякому поручишь. А пока отыщешь подходящего человека, глядишь, время упущено. Одним словом, вдова решила не откладывать дело в долгий ящик и — как ни безрассудно это может показаться со стороны — написала господину Савадзаки письмо: так, мол, и так, у неё есть родственница, такая-то и стольких-то лет не будет ли ему угодно с нею встретиться? Господин Савадзаки не откликнулся на её письмо, из чего вдова заключила, что он не заинтересовался её предложением. Тем временем господин Савадзаки, оказывается, наводил справки о Юкико, и спустя месяца два от него пришло ответное письмо. «Вот оно», — сказала г-жа Сугано и подала Сатико небольшой свиток.
Сатико развернула его и прочитала следующее:
Милостивая государыня!
В прошлом мне посчастливилось пользоваться благосклонностью Вашего супруга, и теперь я особенно сожалею о том, что до сих пор не удостоился чести быть знакомым с Вами. Не нахожу слов, чтобы выразить Вам глубочайшую признательность за Ваше внимание и доброту. Простите, что не сразу поблагодарил Вас за Ваше любезное письмо, — сделать это мне помешали всевозможные дела самого будничного свойства.