— Ты ещё слишком молода, чтобы это понять, — парировала «бабуся».
Они спорили так рьяно, что Кириленке и Вронскому пришлось вмешаться, покуда дело не дошло до настоящей ссоры.
— Право, не знаю, что с ними делать, — вздохнул Кириленко, — как заговорят об Англии, так стычка.
Он предложил перейти в другую комнату и сыграть в карты, после чего гостей снова пригласили к столу.
* * *— Осторожнее, не споткнись, — сказала Сатико мужу, когда они, уже в двенадцатом часу ночи, пробирались к станции по неосвещённой тропинке среди рисовых полей.
— До чего же тут хорошо на свежем воздухе!
— Знаешь, поначалу я совсем растерялась. В доме одна Катерина, на столе никакой еды, а у меня, честно сказать, подводит живот от голода…
— Да, а потом вдруг появились всё эти закуски. Я чуть не лопнул… И как только русские умудряются столько есть? По части хмельного я, пожалуй, не уступлю, что же до еды, то тут мне за ними никак не угнаться.
— «Бабуся» была в восторге, что мы пришли. Теснота такая, что повернуться негде, а они обожают принимать гостей.
— Видимо, они здесь чувствуют себя одиноко, вот и стремятся дружить с японцами.
— Я хотела рассказать вам о господине Вронском, — донёсся из темноты голос Таэко — она шла чуть позади.
— В молодости он пережил ужасную трагедию. Любил одну девушку, но во время революции потерял её. И вот через несколько лет Вронский узнал, что она в Австралии. Он отправился туда, разыскал её, но вскоре она заболела и умерла. Он не смог её забыть. Так и остался холостяком.
— Вот оно что. Впрочем, я так и подумал, что жизнь у него была нелёгкая.
— В Австралии он ужасно бедствовал, одно время даже работал простым шахтёром. Потом завёл какое-то дело и разбогател. Говорят, сейчас у него капитал в пятьсот тысяч иен. Я слышала, что в своё время он ссудил Катерининому брату довольно крупную сумму.
— Какой чудесный аромат! — воскликнула Сатико.
— Где-то поблизости цветёт гвоздичное дерево.
Теперь они уже шли по дороге мимо выглядывавших из-за живой изгороди особнячков.
— Значит, через месяц распустится сакура. Скорее бы!
— Мне тоже хочется, чтобы это было скорее, — откликнулся Тэйноскэ, стараясь подражать манере «бабуси».
18
В двадцатых числах марта почтальон вручил Сатико письмо от её школьной подруги, по мужу г-жи Дзимба. В конверте была фотография мужчины, приклеенная к листку плотной бумаги, на оборотной стороне которого она прочитала следующее:
Минокити Номура,
родился 9 августа 1893 г.
Постоянный адрес: префектура Хёго,
город Химэдзи, Татэмати, дом № 20.
Нынешнее местопребывание:
город Кобэ, район Нада, Аодани,
четвёртый квартал, дом № 559.
Образование: в 1916 г. Окончил
сельскохозяйственный факультет
Токийского имперского университета.
Род занятий: специалист в области
морского промысла, Управление
земледелия и лесоводства, префектура Хёго.
Семейное положение и ближайшие родственники:
в 1922, г. женился на Норико Танака,
от этого брака имел сына и дочь.
Дочь умерла в возрасте трёх лет.
Жена умерла в 1935 г. от инфлюэнцы.
Сын умер в 1936 г. в возрасте тринадцати лет.
Родители умерли много лет назад. Есть сестра,
её фамилия по мужу — Ота. Проживает в Токио.
В ноябре прошлого года Сатико случайно встретила г-жу Дзимба у моста. Сакурабаси в Осаке. Речь зашла о Юкико. «Ваша сестра всё ещё не замужем!..» — удивилась г-жа Дзимба, и Сатико попросила свою давнюю приятельницу дать ей знать, если та услышит о какой-нибудь подходящей партии. На том они и расстались. Тогда Сатико была почти уверена, что Юкико станет женой Сэгоси, и сказала это просто так, к слову, по г-жа Дзимба, как оказалось, приняла, её просьбу всерьёз.
Вначале от г-жи Дзимба пришло письмо, в котором она осведомлялась о делах Юкико. В прошлый раз, писала г-жа Дзимба, разговор с Сатико застал её врасплох, но теперь у неё есть вполне конкретное предложение. Дело в том, что у некоего г-на Номуры, двоюродного брата, г-на Дзёкити Хамады, президента компании "Кансай дэнся", не так давно умерла жена и г-н Хамада обратился к ней с просьбой найти для вдовца невесту. Г-жа Дзимба сразу же подумала о Юкико. Хотя её муж не знаком с г-ном Томурой лично, он не сомневается, что, раз за него хлопочет сам г-н Хамада, это во всех отношениях достойный человек. К письму она сделала приписку, из которой следовало, что фотографию г-на Номуры она посылает отдельно. На оборотной стороне фотографии они-де найдут всё необходимые данные о г-не Номуре и, основываясь на них, смогут выяснить всё интересующие их подробности. Если это предложение покажется им достойным внимания, она готова в любое время представить друг другу жениха и невесту. Разумеется, подобные вещи полагается обсуждать с глазу на глаз, но ей не хотелось показаться излишне навязчивой, и поэтому она решила для начала написать Сатико.