— Зачем столько покупок?
— Подарили. Оказывается, вчера вечером...
— С молочницей что?
Джейлис застонала в голос, но с теткой это было бесполезно. Казалось, та лишь забавлялась подобным нетерпением и начинала делать все нарочито степенно. Еще чуть-чуть — и посмеиваться себе под нос начнет. Ну и ладно, не успеет Джейлис все рассказать — не ее в том вина. Можно усесться в кресло, от пирога вот откусить. Теплый еще, вкусный.
— Она не пришла на рынок, — прожевав, ответила Джейлис. Говорила она медленно, раз уж главные ее новости настолько неинтересны. — Зато там муж ее был, с синяком под глазом и соломой в волосах — думаю, она его ночевать не пустила, пришлось в сарае спать. Квас покупал и огурцы соленые.
— Еще что видела?
— Мьела с Юной поругались, потому что Мьела крутит с кем-то шашни, и Юна боится остаться одна, когда сестра замуж выйдет. Юна-то думает, что она, в отличие от сестры, лицом не вышла. Хотя они близняшки же, такая глупость! Хейц влюблен в дочь птичницы Дину, подарки ей принесет: две лисьи тушки, бусики и марципан. Завтра-послезавтра, потому что за бусиками в город поедет. Я ему амулет любовный продала.
— Хорошо. Еще какие новости?
— Да никаких, наверное. Разве что вчера по реке мельница прикатила, а в ней — темные маги.
Теткины зрачки расширились, губы округлились в беззвучную «о», подбородок дернулся. Из-под чепца словно по собственной воле выскочила сероватая прядка.
— То есть как это — прикатила?
— По льду. Как люди на коньках катаются.
— Но как...
— Колдовство, наверное. Вам ли не знать.
— Она еще и издевается!
Тетка казалась испуганной. На ее лице пока что не было ни пудры, ни румян, ни еще какой-нибудь брони, и от этой ее беззащитности Джейлис вдруг тоже стало не по себе. Даже ругаться расхотелось.
— «Она» вам полдеревни покупателей обеспечила, — все равно возразила Джейлис. — Амулеты от темной магии, всякие штуки на дверь и на шею, и еще незаметные булавки на одежду, и подковы для двора, и для скота отдельно что-нибудь.
— Нужно все это подготовить... — пробормотала тетка.
Джейлис кивнула.
— Что ты стоишь-то?
Тетка не дождалась от нее ответа, засуетилась сама. Джейлис смотрела, как она вытряхивает все из ящиков, протирает, капает душистыми растворами, раскладывает по мешочкам. Какая-то мысль билась в голове, как птица о стекло. Джейлис прикрыла глаза, успокаиваясь, и позволила ей вылететь на свободу:
— Почему бы нам не договориться с ними? Магам лучше дружить между собой, даже если они конкуренты.
Тетка фыркнула, не переставая шуршать мешочками.
— Чего нам дружить-то с ними, с пижонами! По льду прикатили, ишь!
— Вы что, боитесь их?
При других обстоятельствах Джейлис получила бы в ответ гневную отповедь, а то и пару подзатыльников. Но сейчас тетке было не до нее.
— Было б чего. Просто не до них сейчас.
— А я, пожалуй, схожу.
Тетка взглянула на нее исподлобья. Было непонятно, что у нее на уме: недоверие? любопытство? надежда?
— Размажут тебя по снегу, а я без помощи останусь, — наконец проворчала тетка, возвращаясь к своим мешочкам и амулетам. Но в ее тоне не было запрета — она вообще, если подумать, редко запрещала ей что-то напрямую. Больше ворчала да запугивала.
— Я осторожненько. Одним глазком.
Тетка вздохнула, но спорить с Джейлис ей сейчас точно было не с руки. Да и товары она сможет подготовить быстрее без вьющейся вокруг девчонки с незакрывающимся ртом. Они обе это знали. Тетка погрозила ей крючковатым пальцем.
— Не смотри им в глаза. Не обещай ничего, даже самого безобидного. Не дари ничего своего и особенно — не проливай своей крови. Не участвуй в ритуалах, чего бы тебе ни пообещали взамен. Не прикасайся к их еде и питью. Избегай зеркал и вообще отражений. Не показывай эмоций. Запомнила?
— Да.
— Иди.
В последний момент Джейлис все-таки сунула за пазуху горшочек меда. Она, конечно, знала, что в лесу нет никаких чудовищ, но все-таки, заинтересуйся ей какая-нибудь (несуществующая, конечно) потусторонняя тварь, будет отличной идеей немного задобрить ее сладеньким. Людям Джейлис умела заговаривать зубы, но, если кто человеческую речь не понимает, сладкое очень даже пригодится.
Еще у нее было: ожерелье из сушеных рябиновых ягод, тех, что тетка как охранные амулеты продавала, длинный нож для мяса в сапоге (спасибо кузнецу, что сумел для него такие аккуратные ножны смастерить, и всего-то за три расклада!) и цветные стеклышки, если вдруг начнешь слепнуть от снега.