Тут к говорившим присоединилась та, что появилась первой. Она находилась в постоянном движении, как и ее одежды, словно пребывала в крайней степени возбуждения.
– Какую лодку?! Ты что?! – всплеснула она руками. – Здесь скоро такое начнется! Беги сейчас же!
– Куда бежать-то? – старалась уточнить девочка. – По берегу? Или к лесу?
– Ты что! Ты что! К лесу! Удумала! Мы силы как раз туда двинем! Все сметем! – продолжала фонтанировать эмоциями подвижная.
Чем дольше длился диалог, тем меньше Катя понимала его содержание. Сколько бы продолжалась эта путаница, неизвестно, если бы из воды не явилась третья. Ее одежды были неподвижны, как томная предутренняя гладь. Она была так же миловидна, как и подруги. Хотя чуть более бледное лицо указывало на ее возможное недомогание.
– Не обижайся, девочка, – заговорила она ровным голосом. – Просто мы все сейчас очень напряжены. Предстоит битва. Жестокая битва с повелителями болот. Они пытаются дотянуться до реки и захватить ее. Видишь? – и указала на уже знакомые три мутных языка, врезающихся в реку. – Им стало мало Синь-озера, которое мы, Езерницы, его жители, вынуждены были покинуть. Спасибо, сестры приютили, – и представила подруг: Это – водительница Бродниц. Они о людях заботятся, броды им прокладывают.
Та, что была в напоминающих песок одеждах, слегка наклонила голову.
– Это – старшая над Плюсконами. Они водные массы полощут, свежесть им придают.
Другая в ответ интенсивно закивала.
– Как же вы в бой пойдете, если плохо себя чувствуете? – поинтересовалась Катя.
– А что, так заметно?! – Езерница, будто была обычной земной женщиной, вскинула брови и непроизвольно коснулась щеки рукой.
– Извините, я совсем не хотела вас расстроить, – смущенно произнесла девочка.
– Нет, нет, ничего страшного, – ответила собеседница. – Просто нам после спокойных озерных вод в речных потоках не совсем уютно. Словно все время на сквозняке находимся.
– Так вы в Синь-озеро решили вернуться?! – радостно воскликнула Катя.
– Честно говоря, мы об этом, в общем-то, не думали, – несколько растерянно сказала Езерница и вопросительно взглянула на Бродницу.
– Нет, мы об этом совершенно не думали, не до того было, – подтвердила та. – Болотников от реки да с луга отогнать и то задача не из легких. Мы столько учений провели, столько ситуаций разных отработали. Даже после этого до конца не знаем, как обернется. А уж в логово лезть, где у них силы несметные …! Да и зачем? В реке всем места хватит.
– Вы что, – Катя в изумлении широко распахнула глаза, – мутные потоки только до леса отогнать хотите?!
Все три в ответ дружно кивнули головами.
– Да как же так?! – ахнула девочка. – Это – неправильно! Там же Дуб и Ендарь погибают! И юные Сенявы с Дубравицами! Им-то за что такая участь?!
При этих словах Езерница понурилась, на ее глаза навернулись слезы. Дрогнувшим голосом она проговорила:
– Дубравицы и Сенявы нашими лучшими подругами были. Все детство вместе провели. Тогда мы и не догадывались, что были счастливы. Только теперь, повзрослев, начали это осознавать.
– И что ты предлагаешь? – довольно сурово спросила Бродница. – Сию секунду планы переменить и бездумно войска к болотам вести? Не получится, как в пословице: не зная броду, не суйся в воду? А как поляжем все?
– Вам с Плюсконой решать, как быть, – тихо вымолвила Езерница, – как судьбой сестер распорядиться. Я здесь всего лишь гостья, повелевать не могу.
– А и впрямь, сестра, – напористо заговорила Плюскона, обращаясь к Броднице, – девочка права! Не след на полпути останавливаться! Вот отгоним мы их к лесу, свою реку спасем. Они возьмут да в какую другую сторону поползут. Обоснуются там, укрепятся. И снова к нам потянутся. Только большими силами, в иных краях почерпнутыми. Тогда не в пример труднее супротивничать будет.
Во время разговора из глубин поднялись сотни пар глаз, которые из-под воды внимательно наблюдали за беседующими. Все они пылали решимостью. Плюскона обернулась.
– Сестры, решайте! Неволить не могу! – громко обратилась она. – Идем на болота?!
Подчиненная ей треть войска согласно кивнула.
– А вы? – обратилась Бродница к своим.
Было видно, что и те были того же мнения.
– Наших и спрашивать не надо, – вымолвила Езерница. – Кто ж откажется в родные места вернуться!
– Значит, решено! – заключила Бродница и подняла руку.
Она развела пальцы, развернула ладонь к лицу и сделала движение чуть вверх, а затем вниз. Тут же между ними возникла струящаяся вибрация, одна часть которой поднялась к голове, а другая опустилась вдоль туловища. Миг, и все тело воительницы облачилось в прозрачные, но прочные латы, а голова увенчалась тонкой работы шеломом. Ее примеру последовали и остальные.