В такой ситуации, в логове врага, напичканном неисчислимыми силами, водяным девам приходилось, ох, как тяжело! Им никак не удавалось ударить сообща. Пока одни, плотно сомкнув ряды, сдерживали атаки, другие под их прикрытием вызволяли поскользнувшихся. Лишь только те поднимались и вставали в строй, падали другие. И сколько бы острия копий не повергали отвратительные приплюснутые тела болотных обитателей, их количество не уменьшалось. Повелители болот бросали в бой все новые и новые полчища.
Противостояние затягивалось. Было ясно, что бесконечно так продолжаться не может.
«Им нужно что-то решительное предпринять! – металась лихорадочной мыслью девочка. – А то, в конце концов, устанут и вспять повернут. Вот тогда болота все поглотят: и реку, и деревушку Берендеев!».
И тут ее осенило: надо срочно к Ендарю бежать. Вдруг поможет?! Не мешкая ни минуты, девочка, тщательно огибая место сражения, помчалась к Дубу.
В беспроглядной темени, образованной раскидистой кроной, которая полностью поглощала лунное сияние, Катя совсем растерялась. Определить, где находится ствол, было совершенно невозможно. Она, выставив вперед руки, как при игре в жмурки, двигалась то в одну сторону, то в другую, но тщетно. Через недолгое время от таких безрезультатных путаных хождений у нее даже голова закружилась.
В доносившихся со стороны болот криках воительниц стало улавливаться беспокойство. Наверное, им приходилось совсем уж лихо. В трехголосном же нескончаемом визге, наоборот, зазвучало злорадство и некое подобие победных ноток. Вскоре к ставшим привычными звукам сражения начало примешиваться частое смачное хлюпанье. Судя по всему, в речных дев полетели обильные пригоршни вязкого ила. Они облепляли сияющие тела с головы до ног и все более сковывали движения.
Догадываясь, что происходит, Катя не на шутку встревожилась. Неужели все пропало?!
Вдруг у самых ее ног раздался резкий шорох. От неожиданности девочка ойкнула и замерла, как вкопанная. Она не успела сообразить, что делать, обороняться или убегать, как перед ней забрезжил неяркий зеленый огонек. Его утлый свет выхватил из темноты ладошку и лицо … Колтка!
– Ты чего в такую пору тут бродишь?! – прошептал он дрожащим голосом.
От охватившего страха у него зуб на зуб не попадал.
– Дуб разыскиваю! – торопливо ответила Катя. – А ты чего?
– Я с поручением. Шум такой жуткий возник! Вот Листин и направил узнать. Пока бежал, на тебя наткнулся. Случайно не знаешь, что там творится? – сказал собеседник.
– Знаю, – кивнула девочка. – Бродницы с Плюсконами и Езерницами хотят болотных повелителей прогнать, Синь-озеро очистить, Дуб оживить. Только у них сил не хватает. Мне Ендарь срочно нужен, чтобы помощи или совета попросить!
Колток на миг задумался, потом решительно повернулся и, бросив через плечо «пойдем!», бойко засеменил куда-то в сторону.
Катя тут же поспешила за ним, стараясь не упускать из вида крохотный светильник. Прошло всего ничего, как они достигли основания дерева.
– Вот, держи! – человечек протянул ей мерцающую точку, которая оказалась светлячком. – А я побежал Листину рассказывать.
– Как же ты без огонька-то доберешься?! – заволновалась девочка. – Страшно ведь!
– Ладно, как-нибудь преодолею! – махнул рукой Колток. – Он тебе нужнее!
И с этими словами растаял в темноте.
Катя с благодарностью взглянула вслед маленькому герою.
«Вот ведь молодец, какой! – мелькнула мысль. – Сам боится до страсти, но себя превозмогает, когда вопрос общего блага касается!».
Она ступила в лаз и начала спускаться. Изнутри, как и в предыдущий раз, доносилось тяжелое с хрипами дыхание, которое в обычной жизни нередко случается при высокой температуре. Когда часы напролет лежишь в полубреду и не можешь отделить явь от забытья. Только в кромешной тьме оно звучало куда как более пугающе.