В этот момент, глядя на такую открытость, внутри Эдварда что-то щёлкнуло, сломалось. Где-то внутри сердца разрушился барьер одиночества и боли, за которым он прятал израненную душу. Шрам на сердце, который, он думал, никогда не исчезнет, начал медленно затягиваться, смотря на девушку, стоящую рядом, словно она спасательный круг. Но Дэй совершенно не хочет чувствовать что-то к этой девчонке. Не потому, что он питает к ней ненависть, а потому, что знает, как больно разбивается сердце, но ещё больнее стараться собрать его вновь.
Пытаться собрать осколки, разлетевшиеся в далёкие уголки, миры, галактики, чтобы снова почувствовать чувства нужности и любви. Чтобы одиночество больше не скреблось под кожей, разрывая нежную плоть своими острыми, как бритва, когтями. Чтобы глотку не разрывало от безысходного крика, который никогда не услышат.
Никто не почувствует ту боль, которая режет на тысячи кусочков, заставляя рвать на себе волосы. Никто не сможет понять те чувства, которые засели глубоко внутри, трескаясь на множество острых осколков, причиняющие как можно больше боли.
Из раздумий его вывел телефонный звонок девушки, которая спокойно ответила, а после начала кривиться. Видимо, на том конце кто-то очень сильно ругался.
— Прости, что я тебя так подставила, — мямлила Кристал, поворачиваясь спиной к Эдварду, — Слушай, я скоро буду, не волнуйся ты так. Со мной всё хорошо, — Рэй молча слушала голос на том конце и тихо кивала, а после положила трубку, поворачиваясь к парню лицом, — Отвези меня к дому Бетти, пожалуйста. Адрес я тебе скажу, — протараторила девушка.
— Погоди, — Кристал спешно развернулась, но Дэй схватил её за запястье. То самое, больное.
Рэй тихо зашипела и попыталась отдёрнуть руку, но её крепко держали, усиливая хватку, отчего стало ещё больнее. Эдвард серьёзно глянул на Кристал, а потом на кисть, которую с силой удерживал. Парень притянул девушку, шипящую от боли, ближе и поднял рукава куртки и кофты.
Блондинка закусила губу и старалась вырвать руку, но её не отпускали. Она испуганно смотрела на Эдварда, стоящего напротив, который удивлённо глядел на окровавленный бинт. Его взгляд поднялся и встретился с глазами Рэй.
Увидев кровь Кристал, сердце Эдварда пропустило несколько болезненных ударов.
— Что это? — шёпотом спросил брюнет. От этого тона мурашки пробежались вдоль позвоночника, и Кристал сильнее прикусила нижнюю губу, не собираясь выдавать свои тайны.
Не услышав ответа, Дэй стал разматывать бинт, и Рэй начала дёргаться сильнее, но никто не собирался отпускать её. В этот момент телефон снова начал издавать звук мелодии, и Кристал схватила его, словно утопающий – соломинку, и ответила на звонок, почувствовав свободу в области рубца. Она притянула руку к груди и молча выслушивала человека, возмущавшегося на девушку за её необдуманные поступки. Положив аппарат в карман, Рэй подошла к Эдварду, который опёрся на перила и смотрел в воду.
— Отвези меня в город, пожалуйста, — тихо промямлила Кристал, всё ещё прижимая правую руку к груди.
Эдвард молча отошёл от ограждения и направился к машине, а следом пошла девушка, держа дистанцию пару метров, опустив взгляд.
Всю дорогу они ехали в тишине. Дэй смотрел только на дорогу, не бросая ни единого взгляда в сторону Рэй, смотревшей в окно на лес. Подъехав к нужному дому, Кристал выбежала из машины, буркнув: «Спасибо» напоследок. Эдвард проводил фигуру девушки взглядом, а когда та зашла в здание, поехал к своему дому.
Подъехав к нужному месту и припарковав автомобиль на стоянке рядом с многоэтажным домом, брюнет заглушил двигатель. Выходя из машины и вставая около, Эдвард достал из кармана пачку сигарет и взял одну, зажигая.
Первая затяжка была глубокой, наполняя лёгкие едким дымом, прожигающим нутро. Из его головы не могли выйти образы окровавленного бинта и испуганного взгляда Кристал. Насколько Дэй помнил, на том месте находится шрам. Раньше девушка его не прятала, а теперь скрывает, да ещё, скорее всего, чем-то болеет.
В груди поднялась тревога, бьющая по всем внутренним органам. Эдвард никогда не верил, что внутри них обитают какие-то сущности, которых не принимают большинство учёных. Но что-то там, в груди, тихо скреблось, вызывая копну мурашек.