— У неё не должно быть шрама. Откуда он мог взяться? — задумчиво произнёс отец.
Она открывает глаза и видит перед собой парня, сводящего брови к переносице. Это было воспоминание. Такое чёткое, живое, словно всё произошло вчера.
Сердце колотится как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть из груди, ломая рёбра и разрывая ткани и мышцы, прорываясь на свободу. На губах всё ещё оставалось приятное жгучее ощущение недавнего поцелуя вперемешку со сладостно-радостным послевкусием. Щёки яростно и предательски пылали, что хотелось закрыться, чтобы никто не видел её. Хотя, разве она испытывает стыд? Удивительно, но даже это чувство прошло сквозь неё.
Девушка смотрит прямо на него. Она не знает, как реагировать, ведь никогда не испытывала такой смеси чувств. Внутри что-то содрогалось, билось, грохотало, взрывалось. Огонь, резко разгоревшийся, не хотел потухать, а наоборот становился сильнее, больше и опаснее.
Ком застрял в горле. Воздух сжался. Кислород с трудом попадал в лёгкие, стараясь насытить кровь. Кончики пальцев замёрзли, вместе с ними и часть руки, оказавшаяся без покрытого объёмного слоя ткани. Чувство холода неприятно морозило кожу, заставляя мелко дрожать.
Парень резко поднял задумчивый взгляд. Густые брови смещались к переносице, но потом вернулись в обычное состояние. Он устало потёр глаза.
Кристал лишь затаила дыхание, не зная, что делать, когда Эдвард стал подходить ближе. Её глаза бегали по сосредоточенному лицу парня, боясь заглянуть в яркие, изумрудные зеницы.
Дэй подошёл неприлично близко, не сводя глаз с лица девушки, выражавшего спокойствие и доверие. Неужели она полностью верит ему? Тому, кто запугивал, возил в неизвестные ей места. Да даже сейчас они находятся в месте, которое знает только парень. Это выводит из себя. Что он только нашёл в ней? Она слишком неопытна и наивна, но слепо верит в любовь, смотря на мир сквозь розовые очки. Как бы они потом не разбились стеклом внутрь.
Эдвард поднимает рукав куртки на левой руке, снимая золотые часы и демонстрируя то, о чём Рэй даже не догадывалась. Девушка опускает взгляд, медленно ведя глазами вдоль конечности, изучая, но заметив чужой рубец, брови нахмурились, а губы сжались в тонкую полоску, мелко подрагивая.
Сердце пронзило несколько болезненных ударов. Дышать стало трудно, а проглотить большой ком в горле вовсе не получалось. Её просто использовали? Решили подшутить? Она совершенно не понимала всю суть происходящего, поднимая удивлённый и слегка обиженный взгляд.
— У меня есть шрам, — сказал Дэй очевидную вещь, громко выдохнув, горько ухмыляясь.
В груди Кристал прозвучал горький и противный щёлк, вызывая содрогания во всём теле. В душе зародилась боль, пока небольшая, но кто знает, до каких размеров она вырастет.
Вспыхнуло ощущение предательства, словно ею играли, запутывали в сети обмана, из которых почти невозможно выпутаться.
Кристал опустила голову, прижимая руку к груди, в которой невыносимо ныло. Нахлынувшие чувства окутали с головой в тёмный и глубокий омут. Хотелось разреветься прямо на месте. А она ещё думала, что встретила избранного, но всё оказалось ложью. Игрой умелого актёра. Слова доктора вертелись в голове. Такая наивная и даже глупая мысль полностью разрушило её сознание.
Когда Рэй подняла взгляд, в глазах читались разочарование, боль и предательство. Яркий серый свет поблёк, стал скучным, не дарящим того трепета, что раньше. В её зеницах парень видел себя вероломным, лживым. Это било по сердцу, больно, точно в цель. Даже удары кулаков не сравняться с тем ощущением, испытываемым сейчас. Натянутые струны натянулись настолько, что начали трескаться, чтобы через время порваться, больше никогда не соединясь.
Эдвард ощутил себя полным мудаком, сломавшим чьё-то сердце, хотя никогда прежде не испытывал такой гаммы эмоций. Пусть он и раньше разбивал сердца, для него это было словно развлечение. Дэй считал себя победителем, когда видел разочарование и страдания людей, признававшимся ему.
Но в данный момент, смотря на потускневший взгляд девушки, сердце кровью обливалось, подступая к горлу, сдавливались внутренности, становилось противно за самого себя.
— Отвези меня домой, — надломленным, дрожащим голосом сказала Кристал, не смотря на парня. Даже не сказала, а приказала, ломая всё внутри Эдварда своим безразличием.
Девушка вернула рукав своей куртки на место и направилась по единственной дорожке к машине. Невысокая фигура медленно отдалялась от места, которое Дэй так толком и не показал, и парень быстрыми шагами последовал за ней, засунув руки в карманы.