Эрика не собиралась лезть в воду, но то ли выпитые пузырьки запрыгали в мозгах, то ли соблазнила прохлада воды, игриво плескавшейся у нижней ступени.
«Удивительный день, полный приключений!» - подумала Эрика. - «Пусть они продолжаются!»
Эрика скинула платье, спустилась на нижнюю ступеньку. Брызги приятно охлаждали разгоряченную кожу. Она опустила ноги в воду в поисках дна, но опору не почувствовала.
- Здесь сразу глубоко. Плыви за мной, – услышала она голос Эрнеста.
Она прыгнула в темную воду.
Быстрый поток подхватил ее и потянул от берега. Эрика хорошо плавала, но хотя она и гребла изо всех сил, ее уносило все дальше от берега. Перед глазами проплывали странные видения. Ей казалось, что она кружится в воде, словно морская балерина, и у нее есть жабры. Пусть они будут длинными, как волосы. Ей не было страшно, скорее интересно.
Она почувствовала, что от дна исходит теплый воркующий рокот, словно земля хочет дать ей силу. Не только ей, Эрике–Эриде, но и всем, кто растет здесь, ползает, ходит или летает. Или плавает. И они все вместе кружатся в мощном вихре, змеящемся из самых горячих недр материнской планеты. Как будто там, под дном реки, скрывается огромное заботливое существо.
«Надо нырнуть под волну, опуститься и оттолкнуться от дна», - придумала Эрика, кружась в толще реки. Она чувствовала себя гибким водяным змеем. Эрни оказался рядом и взял ее за руку под водой. Его волосы касались ее лица, а руки - кожи, и эти ощущения убеждали ее в бесконечности мира.
Она закрыла глаза и опять представила себя водяным с извивающимися вокруг головы, как прическа Горгоны, жабрами. Чуб Эрни уткнулся ей в руку.
«Мы касаемся жабрами», - подумала Эрика и решила, что придумала новое выражение для описания дружбы и влечения.
Позже, когда они оба без сил лежали на камнях, Эрнест сказал, что в Эрике столько силы, что это даже пугает, и она – его Богиня. Он сразу это понял, случайно увидев ее фотографию на экране у коллеги. Ведь он, хотя и совладелец агентства, но сам не занимается собеседованиями. Эрнест – программист. И иногда он подбирает сотрудников для хороших знакомых, как в случае с Эрикой.
Вот оно что! Эрике были очень приятны его слова и комплименты, несмотря на явную лесть. Эрнест наговорил ей много забавного за этот вечер, и она позже непременно запишет его высказывания в свой дневник.
Шкатулка Дагмар
- Ты знаешь, на дежурстве я заснул на пятнадцать минут и во сне увидел прапра…Дагмар, - рассказывал Дэм. - Она держала в руках шкатулку… Ту самую!
- Ух ты! – восхитился брат Александер. – И какого размера этот предмет? Я в детстве, глядя на картину, думал, что это гроб!
Музыкальная шкатулка много раз пра…бабушки Дагмар была семейной реликвией, канувшей куда-то с течением времен. Возможно, она просто истлела. Но какой-то из предков запечатлел ее на картине.
На том полотне красовался увесистый предмет с металлической ручкой сбоку, которая должна была заводить механизм. Утверждалось, что внутри сидит волшебная русалка, поющая дивную песнь. В крышку была встроена выпуклая непонятная фигура. Наверное, какой-то цеховой знак. Запиралась шкатулка на семь замков, и предполагаемые ключи висели вокруг в сизой дымке. Мальчикам Александеру и Дагомару рассказывали, что охраняет шкатулку с русалкой летающая Фея, которая заведует ключами и всегда начеку.
Картину отреставрировали в очередной раз в середине прошлого века, и она висела в кабинете у Александера, который очень ею дорожил.
- С голову самой Дагмар, пожалуй… - задумчиво ответил Дэм и продолжил рассказ.
Описание кишечных обитателей – Дивных Созданий, как и ожидалось, очень порадовало Александера.
- Так они пели тебе песнь из шкатулки! – сразу догадался умный брат Дагомара. – Видишь, как тебе повезло! Целый хор кишечных червей исполнял для тебя антикварную мелодию. Ты, надеюсь, запомнил ее? А ну, напой!
Но Дэм не смог воспроизвести ускользающий мотив. Он собрался домой, и вошедший в раж латыни брат напутствовал его фразой:
- Vive valeque! Живи и здравствуй!
Восприимчивый мозг Дагомара ухватился за эту фразу и играл с ней, прикладывая к разным ситуациям.
«И верно ведь, в этом вся жизнь, в этих двух словах. Все живое хочет выжить и сохранить себя», - думал он. – «И для этого дана такая жестокая штука как нервная система, сигналы от которой способны отравить порой все существование. Но она же и призвана предупредить о малейшей неполадке и позволить выжить».
Пламя
Ее разбудило ощущение холода. Она вся горела. На термометре 38.8. Раскалывалась голова, и болело горло.
Эрика заставила себя встать и выпить пару стаканов чая. Развела в воде пакетик какого-то лекарства с противным вкусом. Потом она заснула, но это был вязкий и утомительный сон.