Многоног был способен погружать себя целиком, либо частично, в состояния, близкие к анабиозу, оставляя активными лишь избранные участки своего мозга. Например, где требовалось что-то синтезировать и закрепить информацию в долговременной памяти или провести ремонт.
В этом мире сила тяжести не была велика, и Многоногу удобнее было обходиться без костей, а значит, существовать в океане. Большие размеры позволяли выживать при медленном обмене веществ и прохладной воде.
У него было не так много естественных врагов. Специфическое сознание его отличалось высоким уровнем внутривидовой агрессии, в результате которой Многоног методично уничтожал конкурентов, включая своих же потомков мужского пола. В основном тех, чей разум пытался приблизиться к уровню его собственного. Впрочем, не делай он этого, и был бы убит сам.
Вследствие такой стратегии Многоног властвовал в океане практически безраздельно, укрываясь от хищников, наподобие гигантских акул, в скальных убежищах и отпугивая их инфразвуком. И воссоздавал бесконечно себя самого.
Однако щупальца Многонога были слишком мягкими и неприспособленными для огромного числа действий, которые мозг его хотел бы предпринять. Они не могли ни выдолбить дыру в скале, ни изготовить раствор для скрепления камней. Они могли так мало… На всей его планете не было существ, способных сделать нечто подобное. И они уже не успеют появиться. Бесконечно регенерируя и накапливая опыт, он стал мудр и проницателен. Он понимал, что срок его мира конечен и конец этот не так далек.
А пока Многоног продолжал исследовать принципы устройства своего мира все глубже. Его холодный и методичный мозг легко работал в режиме «разбора на детали». И, совершив этот анализ, испытывал восхищение от соответствия различных частей друг другу и общему замыслу. Ибо он был разумным органическим существом, которому необходимо вдохновение.
Многоног преклонялся перед Красотой Кодов Программы. Да, конечно, он знал о Программе, смысл которой в бесконечном развитии. Постепенно он проникся чувством к созидающей силе – неизвестному Творцу, а может быть, Творцам. Они стали для его ума реальными персонажами, особенно один из них. Самый близкий. Таинственный кто-то, чье невидимое Сознание словно окутывало собой все вокруг.
Пытаясь в чем-то уподобиться невидимым Конструкторам Программы, Многоног составлял свои альтернативные схемы. Как еще можно организовать физику и географию планеты, чтобы взлелеять разумную жизнь?
Какими сделал бы он разумных существ? Его мир требует материального воздействия на себя. А значит, существа должны покрыть своим присутствием всю планету, чтобы осуществить сложные преобразования, недоступные ему. Самостоятельно живущие щупальца, расползающиеся по разным уголкам планеты.
Этим «щупальцам» стоит вмонтировать твердую основу для осуществления действий, требующих силы и точности. Может, они будут похожи на этих больших птиц из его мира? Нет, пожалуй, лучше внедрить им более прочный и тяжелый внутренний каркас, способный на долгое и мощное усилие.
Если существ будет много, они должны суметь поладить. А значит, во-первых, каждый из них не может быть так силен и живуч, как он, Многоног. Нужно, чтобы они отчаянно нуждались друг в друге в опасном мире. И, во-вторых, помимо выживания, они должны испытывать к себе подобным интерес и другого рода.
Наверное, какие-то проекции в нарциссическом духе – видеть в окружающих сходные с собой черты и воспринимать «как своих». Хотя бы некоторых из них. Или находить в себе подобных отражения высшей созидающей силы. Созерцать в них Красоту Кода!
Для связывания некоторых из существ можно также использовать тот вид возбуждения, который охватывает мозг, когда течение приносит аромат самки… Чем больше механизмов связи будет использовано в модели, тем выше вероятность, что создания как-то найдут общий язык.
Конечно, это будет совсем другой тип мозга. Огромный резерв его будет посвящен выживанию такого уязвимого организма, массивным пластам страха и настороженности, тесно связанным с поиском способов установления контакта.
С другой стороны, контакты эти будут подтачиваться базисно вшитой внутривидовой агрессией. И существам будет трудно понять это в себе, поскольку очень многие механизмы придется замуровать в единый пакет и инсталлировать глубоко, для автоматического срабатывания. Иначе мощностей их мозга и хрупкого тела не хватит для обслуживания помещенной в них системы.