Около двух лет назад один из медбратьев случайно встретил его в роли охранника с оружием. Госпитализация, побег, попытка нападения на доктора Дагомара, вновь госпитализация и очередное исчезновение после выписки.
На этот раз Альберта унюхал Рихариус. Его обонятельные датчики зарегистрировали слабые следы аромата «Источник», которым пользовалась Эрменберта. Помимо трав и фруктов, в аромате была вытяжка из клеток кожи Эрики, амфибий и экстракт паутины.
По следу Рихариус обнаружил Альберта и подослал муху-шпиона. Муха сфотографировала в карманах Альберта разломанного Витольда – неорганического попугая Эрики, когда-то таинственно пропавшего. Запах, пропитавший кожу и одежду Альберта, шел от попугая.
Сообщение об агрессии по отношению к неорганикам и подозрение о связи с похищением Эрменберты Рихариус передал в полицию. Полицейские действительно обнаружили у Альберта попугая, разобранного на мельчайшие детали.
Альберт наотрез отказался говорить с полицией. Его доставили в больницу - пусть доктора разбираются, в каком он состоянии на этот раз.
Доктору Дагомару прежде удавалось наладить с Альбертом контакт, поэтому он очень надеялся, что сможет выяснить, откуда у Альберта попугай Эйди. Пациент был очень скрытным. Он привык тщательно маскировать от окружающих подробности своего общения с «высшими силами». Говорить о попугае он отказывался.
- Как вы относитесь к неорганическим людям, Альберт? – спросил Дагомар.
- Это не человек, - сообщил Альберт без энтузиазма.
- Согласен. Это неорганический попугай, потому что у него сознание попугая. Но я спросил вас о людях. Как вы относитесь к людям?
- Хороших людей нужно защищать.
- Понятно. А какие люди хорошие?
Альберт молчал.
- Как разобраться, какие люди хорошие?
- Те, которых создал Он.
- Кто именно создал?
- Те, которые сами родились, - уклончиво ответил Альберт.
- Они хорошие только потому, что «сами родились»?
Альберт молчал, но выражение его не очень подвижного лица изменилось.
- Альберт, объясните, пожалуйста, что вы думаете. Те, кто «сами родились», - всегда хорошие? А остальные – нет?
Альберт по-прежнему молчал, но напрягся.
- Он был хорошим, но ведьма околдовала и его, - невпопад заявил он.
- Какая ведьма? – доброжелательно поинтересовался Дагомар.
- Какая ведьма… Вам лучше знать! – заявил Альберт, не глядя на доктора. – Она все тут испортила…
Дагомар внутренне замер, догадавшись, что речь идет об Эрменберте.
- Я не знаю, кого околдовала ведьма, - сказал он спокойно. – Может быть, вы преувеличиваете?
- Нет! Он сначала хотел внести ведьме что-то новое в пластмассовую голову и выпустить ее такую… А потом она соблазнила его, хоть и спящая, и он решил согрешить с ведьмой! Хотя ненавидел попугая…
- Вы помешали ему? – быстро спросил Дэм.
- Да!
Альберт пожалел, что проговорился. Он насупился и уставился в угол, больше не глядя на доктора.
Дагомар попрощался с ним и вызвал медбратьев. Ему срочно нужно было уйти.
На бегу он связался с Александером и попросил узнать текущее местоположение искомой персоны. У брата всегда под рукой нужные специалисты.
Этот адрес хорошо был известен и Александеру, и Дагомару, несмотря на то, что последний никогда там не был.
Дагомар звонил и стучал, но внутри было тихо. Толкнув дверь, он обнаружил, что она не заперта.
В спальне на кровати лежала Мимма, в глубокой гибернации, а на полу – совершенно голый Эрнест, без сознания, вследствие открытой раны черепа…
Эрменберту быстро восстановили. Вернее, быстро предоставили эту возможность ей самой. Все беспокоились о том, не успел ли Эрнест внедрить ей какую-нибудь вредоносную программу.
Сама же Мимма после скрупулезной проверки и очистки системы произнесла загадочно и лаконично:
- Аутентичные поправки. AEDT.
После чего приняла характерное невозмутимо-отрешенное выражение, которое так злило Александера, находившего его «невыносимо высокомерным». Эта гримаска позволила Дагомару думать, что программы Миммы в целом в порядке.
Эрни так и находился в коме. Членов его организации вычисляли и вылавливали. Неизвестно, сколько их было всего. Каждый уже пойманный знал одного, максимум двоих. Оставалось восхищаться талантами Эрнеста в подборе и организации кадров. Зря только он позволил вовлечь шаткого рассудком Альберта, брат которого был убежденным антинеорганистом.