- Нет, не видать тебе такому полета в Космос. Как своих ушей! Фея в твою сторону даже не посмотрит.
И Дэм сколько-то лет жил с оглядкой на Фею и открывающийся при ее помощи Космос. Боялся оказаться неинтересным для нее.
Конечно, теперь Александер ни за что не признается, что придумал Фею сам, а может, он уже и не помнит, чья это была идея. Дагомар вдруг подумал, что брат часто намекал ему на свое желание полетать на той Ракете вместе, но Дэм отмалчивался: ему хотелось, чтобы фейский Космос принадлежал только ему.
Дагомару захотелось позвонить брату и сообщить, что, пожалуй, он уже готов поделиться местом в Ракете, но Александер опередил его.
- Представляешь, я познакомился с настоящим живым шаманом! – гудел Александер в трубке. - А как ты посмотришь на то, чтобы войти в «транс» по шаманским техникам? – бодро спросил он Дагомара и просительно замолк.
Дагомар на работе имел порой дело с волшебниками и колдунами, поэтому относился к таким вопросам осторожно. Он был сыт «трансами» у себя в больнице, однако только что пообещал самому себе «прокатиться» вместе с братом. Видимо, Космос на какое-то время сосредоточится для них в звуках шаманского бубна.
Глава 4.2
Хотя бы один ключ…
Вечером Эрика применяла свой метод успокоения разбушевавшегося «правого полушария»: она собирала и систематизировала справочную информацию. Кто ей там привиделся? Клоуны, маленькие башмачки, гномики… Эрика искала информацию энциклопедического свойства о цирке, клоунах, гномах, крошечных башмачках. Она заставляла себя заниматься этой, казалось бы, ерундой, зная по опыту эффективность такой методики. Она составляла таблицы данных не менее усердно, чем бизнес-план, и все это, конечно же, в своем дневнике. Пусть все будет тут. Так, еще пара пластов нудных сведений, и все видения покинут ее.
Позже, пока Эрни расслаблялся в ванне, Эрика сбежала на встречу к Александеру.
Поздним вечером в городе не было темно. Фонари, свет из окон, уличная реклама сливались в слабое неравномерное освещение. Гулять можно было всю ночь, что ранней весной очень даже приятно. Свежий воздух и ночная прохлада выполнили возлагаемую на них функцию - поток мыслей замедлился, мышцы шеи и плеч расслабились.
Эрика шла в направлении единственной скамьи в соседнем дворе. Здесь она договорилась встретиться с Александером и помочь ему с завершающим этапом его проекта. Или уже «их» проекта?
Александер что-то писал в свете уличного фонаря на мятой газете. Увидев Эрику, он на мгновение замер, затем театрально вытянул руку и произнес:
- О, прекрасная и мудрая Эрида, полная трансцендентных свойств! Приветствую вас!
Его голос был озорным, задорным, и Эрике стало весело. Она опустилась на скамейку рядом с ним, откинулась на спинку. Александер нес что-то тем временем, развлекая ее:
- Пока ждал вас, искал вдохновение. Видите, решаю тут одну задачку.
Он помахал у нее перед носом газетой, покрытой ровными строчками каких-то формул, написанных очень мелко. Заполнены были все поля и пространства между заголовком и основным текстом. У Эрики даже голова закружилась от вида этих символов. Она подумала, что они похожи на хороводы крошечных насекомых.
- Мне очень нравится тембр вашего голоса! – заявил ей затем Александер, складывая свою газету и извлекая из рюкзака несколько листов бумаги.
- Прочтите, пожалуйста, с выражением, эти фразы! Или хотите с монитора?
Эрику вполне устраивал бумажный носитель информации, и она принялась за чтение:
- Покажи мне, пожалуйста… Я хотела бы сделать это сама, если ты не возражаешь… Предоставь это мне, пожалуйста…
- Добавьте ехидных интонаций! Но не слишком, - попросил Александер, наслаждавшийся процессом.
- Будь добр, оставь меня с этим наедине… - послушно проговорила Эрика. - Хотелось бы уточнить… Не вполне понятно… Ты не совсем прав… Было бы неплохо, если бы ты…
Она не выдержала и засмеялась:
- Не слишком ли вы строги с вашим братом?
Александер в ответ захохотал.
- Нет, - заверил он. – Это как раз то, что нужно.
Эрика продолжила произносить:
- Мне кажется, ты что-то недоучел здесь… Не мог бы ты поразмыслить на эту тему еще?
Александер с энтузиазмом кивал, хлопал в ладоши и даже иногда подпрыгивал, выражая одобрение стараниям Эрики и предвкушая, видимо, как все это будет воплощено.
Эрике пора было возвращаться, и она взяла текст с собой, обещав Александеру выдать оставшиеся фразы уже завтра.