Перед ним оказывается человек на лошади. Противник одет в темный мундир, на голове высокая шапка. Дагомар приближается к нему со своей саблей и смотрит в лицо. Из-под высокой шапки выбиваются пепельные кудри. Темно-серые глаза и совсем молодое лицо… Лицо Миммы.
Глава 7. Уравнения Гебо
Inter pares amicitia. Дружба между равными
Океаническое чувство и повседневность
Дэм приехал к морю. У него выдались два свободных выходных без ночных дежурств и консультаций, он взял еще день отпуска и прыгнул в самолет.
Накануне Александер одолевал его разговорами об океаническом чувстве.
- Скажи мне, брат Дагомар, - выяснял Алескандер, – этот твой снисходительный взгляд сквозь несовершенства окружающих, нежный, как у нажравшегося упыря, отражает «океаническое чувство»? Ну, или хотя бы что-то приближающееся?
Увидев задумчивое выражение лица в ответ, Александер принялся уточнять свою мысль:
- Тебе больше нравятся другие названия? «Вселенское чувство»? «Космическое сознание»? Кстати, я давно не видел этот взгляд. И понял, что мне чего-то недостает.
- Ты прав, пожалуй, - ответил Дэм. – В том, что в последнее время я не успеваю размышлять без мыслей. Видимо, в эти моменты у меня появляется полюбившийся тебе взгляд. Что же до океанического чувства, то …возможно…это что-то из такого спектра… Но, знаешь ли, урывками. Видишь ли, океанический поток – это нечто глобальное, и я плохо умею применять его в многочисленных практических делах. Для них нужно совсем другое настроение.
- Я полагаю, что имеет смысл связать урывки в нечто вразумительное, чтобы изложить потом подходящим для написания программы образом, - вмешалась Эрменберта, въехавшая в комнату на новом экзоскелете. - Пожалуйста, займись этим, Дагомар. Заодно познакомишься с Уранеллой. Возможно, после у нас получится вписать потоки в повседневность.
Это означало, что Дагомару предлагалось отправиться в отпуск. Тем вечером Мимма даже отказалась от очередного сеанса записи ответов на длинные списки вопросов.
Этому занятию они предавались весь последний месяц. Сподвижники Эрменберты притащили откуда-то Дагомару домой «детектор эмоций». С тех пор Мимма обвешивала его датчиками и задавала бесконечные вопросы, в основном на тему особенностей общения с неорганическим членом семьи. Кроме того, требовались его собственные рекомендации, и нужно было ломать голову над формулировками.
Все это ставило себе целью «отточить» процесс взаимодействия органических и неорганических представителей интеллекта, чтобы сделать неоргаников полноценными членами семьи и общества.
Импульс к появлению в обществе других сознаний типа хомо сапиенс в неорганических носителях дала Эрменберта, опубликовавшая пакет программ, написанных для нее и, в дальнейшем, ею самой. Его принялись модифицировать согласно личным воззрениям. Второй после Эрменберты была Уранелла, бывшая, по слухам, не менее своенравной. Ее программы дорабатывал известный нейрофизиолог.
«Мир постепенно заполняется маленькими противными Эрменбертами!» - радовался Александер.
Эрменберта продолжала выдавать своим последователям различные апдейты и рекомендации. Она стремилась максимально приблизить свое сознание к хомо-типу, для чего ей постоянно требовалась помощь Дагомара.
Взамен Мимма озадачила своих сподвижников, и те изготовили доктору Дэму объемный литературный обзор ко всем планируемым статьям и компьютерную программу для конвертации речи в профессиональный текст. Программа была адаптирована к голосу Дагомара и его манере письма. Она даже начала уже почти «психиатрически» мыслить. В результате доктор стал тратить ощутимо меньше времени на написание историй болезни и экспертных заключений.
Дэм бросил сумку в гостинице и помчался на берег. Он с детства любил море. Их с Александером бабушка жила одно время у моря, и мальчиков отправляли к ней на все летние каникулы.
Солнце медленно садилось, и отдыхающие уже ушли с пляжа. Море перекатывалось легкими волнами. Дэм, радуясь одиночеству, постоял у воды. Он смотрел на уползающую к горизонту розово-рыжую рябь закатной дорожки, на синие горы, врезающиеся в быстро темнеющее небо, и предвкушал, как нырнет сейчас в прохладную соленую воду.