Травмы Дагомара
Дагомар лежал дома с ногой, закованной в гипс. Два дня назад новая знакомая пригласила его покататься на коньках. Вспоминать детство на льду было очень весело. Пока Дагомара в сутолоке катка не пнули лезвием конька в колено. Случайно, разумеется.
Удар был сильным, и Дэм не удержался на ногах. Автоматическая попытка сгруппироваться привела к резкому усилению боли в колене. Дэм упал на лед, в глазах было темно. Через несколько секунд боль уменьшилась, и он смог взглянуть на свою ногу.
У Дагомара был открытый перелом коленной чашечки, и ему потребовалась операция. Хирурги соединили два обломка надколенника, зафиксировали новомодным гипсом и отправили в палату, обещав скоро отпустить, если все будет в порядке.
После наркоза снилось Дагомару поле боя. Вновь перед ним стоял юноша с лицом Миммы в форме, похожей на гусарскую, насколько Дэм помнил из кинематографа. Вокруг сражались и умирали люди и лошади.
Юноша улыбался, лицо его было безмятежно. Дагомар не мог ни отвести взгляд, ни пошевелиться. Люди в такой же, как у юноши, форме неслись навстречу. Он почувствовал сильный удар в шею. Боль после таких ударов приходит не сразу, и у тебя есть около секунды или чуть меньше, чтобы приготовиться к ней.
Но боли Дагомар не почувствовал. Он лежал на земле, и в щеку ему упирался какой-то камень. Дагомар опустил взгляд и увидел, что он теперь – это только голова. Отрубленная, она лежала в метре от туловища и все еще могла смотреть и думать.
За последние секунды оставшейся ему жизни он успел увидеть гримасу страдания на лице юноши, упавшего на колени около обезглавленного тела. И еще увидел, как пушечным ядром смяло и разорвало гибкую фигуру его то ли противника, то ли друга. После свет погас.
Дэм проснулся до рассвета и долго созерцал в темноте стены палаты, размышляя о многоликости образа Эрменберты. Она начала являться ему и в виде амфибии, и в исторических военных сюжетах. Что же будет дальше?
Глава 9.1
Эрика завидует неорганикам
Эрика и Александер сидели за столиком в кафе. В чашке с горячим кофе таяло мороженое, образуя нежный густой напиток. Холодное и горячее, сладкое и горькое, она так любит все контрастное. Или когда-то любила.
По плечу Александера ползала милейшая неорганическая крыса. Не носитель хомо-сознания, нет. Сознание у неорганического зверька было вполне крысиное, но очень активное и дружелюбное.
- Какое милое создание - ваша мышка.
- Это крыс! Нравится? - и после секундной паузы предложил. - Теперь программисты занялись и нехомо–сознаниями. Пытаются воспроизводить таковое у разной живности. Не хотите ли обзавестись неорганическим питомцем? Уже есть модели не только кошек и собак, но и птиц, черепах, кролика, ящерицы.
- Спасибо! У Эрнеста герпетофобия. Я подумаю о птичке.
- Кстати об Эрнесте. У меня есть приятель, он невролог, у него небольшой санаторий за городом. Чудесное место. Может, вам стоит туда отправиться?
Эрика уже была уверена, что хочет сменить обстановку. И Александер прав, им нужно поехать вдвоем с Эрни! Только вот согласится ли он покинуть на время свое логово?
- Спасибо! Да, пожалуй! Я хотела бы что-нибудь перетряхнуть у себя в голове, – сказала Эрика. – А лучше все. Я теперь завидую неорганикам, которым доступна переустановка системы.
Александер сделал глоток кофе.
- Так и сделаем. Я договорюсь и отправлю вам контакты.
Крыс деловито макал лапки в чашку Александера и облизывал их. Эрика рассмеялась. А у нее будет большой разноцветный попугай!
Дагомар заперт дома
Дэм плотно угодил в ручонки Миммы и лапки Дисномии, и обе принялись усиленно уделять ему внимание. Приходил Александер, готовил еду, спорил с Эрменбертой, ухаживал за братом и его домочадцами.
Томясь от вынужденного безделья, Дагомар рассказал Мимме и брату о посленаркозном сне. Описал поле боя, загадочного юношу, костюмы и свой опыт пребывания в голове, отделенной от туловища.
Куколка выслушала его с внимательным и добрым лицом психотерапевта, а брат очень воодушевился. Ему давно интересно было, сообщил Александер, сразу ли умирает мозг в отрезанных головах. И подозревал он, что в течение нескольких секунд голова еще сохраняет способность что-то соображать!
Александер и Эрменберта решили развлечь Дагомара, и на другой день Мимма появилась в костюмчике гусара верхом на заводной лошади. Под хохот Александера и критические взгляды Дисномии она с гордым видом маршировала по комнате. Лошадь время от времени ржала, а Мимма закидывала головку с кудрями, выбивающимися из-под кивера, и поднимала руку с сабелькой.