Девушка отрицательно покачала головой. Травм и кровотечений не было тоже.
- Она переохладилась, - защебетала медсестра, гладя девушку по руке. – Смотрите, доктор, как она похожа на Эрменберту из Эрмагнет!
- Я подозреваю, что немного наоборот, - сказал Дагомар. – И это Эрменберта из Эрмагнет похожа на Эрику. Знакомы ли вы с физиком Александером, Эрика?
Девушка улыбнулась и кивнула.
- Это мой брат, - сказал доктор, обращаясь к медсестре. - Он подарил мне Эрменберту. Тогда ее еще можно было подарить.
Помни о смерти. Помни о жизни
Эрику разместили в палате. Дежурный врач назначил внутривенное вливание. Через некоторое время приехал Эрни. Он сидел у кровати, держал ее за руку, как недавно Дагомар.
Эрни молчал. Он растерялся в этой строгой больничной атмосфере и не знал, как себя вести. Время от времени он звал медсестру, так как Эрике волнами становилось то лучше, то хуже, да еще и началось кровотечение из носа.
Эрике вкололи какое-то лекарство, и теперь ей жутко хотелось спать. Во сне Эрика увидела себя в теле женщины, которая сидела рядом с клоуном. Это был тот самый клоун с темными глазами Дагомара, который помогал китаянке-танцовщице. Но на этот раз она была не в теле китаянки. Она возилась со своими ящиками и столами. Клоун Дагомунд сидел за столом и что-то писал. В комнату зашел синеглазый Эрвин, ее двоюродный брат.
Ее зовут Эвике, она иллюзионист и жена Дагомунда, тоже циркового артиста. Кузен Эрвин недавно перебрался вместе со своими родителями в их цирк. Эвике, работая вместе с Эрвином над фокусами, очень увлеклась им – ей нравилась его яркая и вместе с тем романтичная внешность, странный сплав меланхолии и озорства. Он отличался от философа Дадо. Он демонстративно восхищался Эвике и жаждал ее общества…
В животе толкнулся младенец. Эвике прислушалась. Она не знала, кто отец – Дадо или Эрвин, и старалась не думать об этом. Подступила тошнота, Эвике заерзала в кресле и, найдя нужную позу, задремала. Когда сознание Эвике затуманилось, мысли Эрики окрепли и завертелись вокруг Эрвина и Эрнеста.
Поглядев на происходящее в этом сюжете, Эрика расстроилась. Все вокруг закрутилось, она видела себя то китаянкой Мэй, то белокурой фокусницей Эвике, то не пойми кем.
Эрика проснулась с чувством тревоги. Физически, однако, ей было лучше. Температура упала. Эрни мирно сопел рядом в кресле, склонив голову на подлокотник.
У Эрики в голове была полная сумятица. Дэмма, Дадо, Дагомар. Мэй, а теперь еще и Эвике… Она достала телефон и занялась записями в дневник...
Ранним утром пришло известие о том, что у сестры Эрнеста произошло обширное кровоизлияние в мозг. Там была аневризма. Теперь сестра находилась в больнице в коме, и врачи говорили, что вся кора мозга залита кровью и повреждена, поэтому нужно готовиться к худшему.
Старшая сестра фактически вырастила Эрнеста, так как родители часто бывали в разъездах на археологических раскопках, и Эрика теперь волновалась за мужа, который помчался в больницу к сестре.
Позже раздался звонок с неизвестного номера.
- Здравствуйте, Эрика. Это доктор Дагомар. Как вы себя чувствуете?
- Здравствуйте, доктор Дагомар! Лучше, спасибо. Я рада, что вы позвонили. Я вас искала. – Эрика молчала, прикидывая, как бы ей спросить, помнит ли девочку Эдду ее давний друг Дэмма.
Но Дагомар уже отвечал:
- Я узнал вас, …Эйди. Можем ли мы встретиться, если вам уже лучше?
Сердце Эрики заколотилось при этом «Эйди», но она сосредоточилась и попросила:
- Давайте, конечно, но позже, через несколько дней. Сейчас произошло такое печальное событие в семье… - произнесла она и запнулась. Доктор Дагомар волновал и пугал ее одновременно…
Через два дня сестра Эрни умерла, не приходя в сознание.
После похорон Эрни сказал Эрике:
- Знаешь, ты самое дорогое, что у меня есть. Когда ты попала в больницу, я так испугался. У меня никого и ничего не осталось, кроме тебя. Мама и папа всегда были сами по себе. А теперь Сестры нет и какой-нибудь неорганик из осколков ее сознания не заменит мне ее. А то получится что-то вроде этого типа Энрике… Эрика, обещай, что всегда будешь рядом и никогда меня не оставишь. Почему ты молчишь?
Эрика отчего-то напряглась. Ей казалось, что это все уже было.
- Эрни, что за пессимизм?
- Я не шучу. Я все для тебя сделаю. Ты – моя жизнь. Обещаешь, что в Вечности мы всегда будем рядом?
Ножницы судьбы
Сегодня утром Эвике чувствовала себя неплохо. Ее даже принесли посмотреть на семейную репетицию перед вечерним представлением. За последние недели это было впервые. Она, воодушевившись, попыталась ассистировать кузену Эрвину, нежно смотревшему на нее.