- Да, я постараюсь… - рассеяно отозвалась Эрика и продолжила. - А Эрни еще просил, чтобы я была ему и женой, и сестрой, представляете? Говорит, что если сестра, то это точно соединяет ячейки. А с женой еще вопрос. Это потому что его родная сестра умерла недавно. Он очень грустит.
Матильда молчала, но Эрике показалась, что она напряглась. А у Эрики начал буянить браслет связи с Полем. Наверное, это Эрни.
- Эридочка! – Эрни был в настроении поныть. - Я хотел слышать твой голос…
Эрика принялась бормотать что-то приветливо-утешительное, но Эрни через некоторое время прервал ее.
- Матильда там? – спросил он. – Она слышит тебя?
- Да. А что?
- А тогда скажи, чтобы она слышала, что ты всегда будешь рядом со мной. Как жена сейчас и как сестра всегда. Как Код, написанный рядом. Всегда!
- Дааамааар, Дааамааар, - заорал Витольд в трубку.
Этого только сейчас не хватало. Эрика дома однажды произнесла вслух имя доктора, и Витольд принялся повторять это на разные лады. Эрни, конечно, стал выяснять, что это значит.
Эрике показалось, что если она именно сейчас скажет Эрни нужные слова, то это может «что-то расставить по своим местам».
Она сосредоточилась и заявила мужу:
- Эрни, если «сестра» означает соседнюю Кодовую ячейку, то да, я хочу всегда быть твоей сестрой.
Эрни пришел в восторг и некоторое время восхищенно булькал в трубку.
А Эрика вдруг подумала: не сказала ли она сейчас что-то лишнее? Сможет ли выполнить очередное обещание? Ну почему в жизни все так сложно?
Что-то изменилось в домике колдуньи. Словно что-то вошло в него и добавило объема каждому предмету обстановки и каждому бревну стены.
Глаза Матильды горели, как у нарисованной в аниме пантеры, неистовым янтарным светом. Эрика даже испугалась. Она привыкла к невозмутимости шаманки. Но сейчас та потирала руки и не могла скрыть возбуждение.
Эрика потрясла головой, глядя на ведунью. Она не знала, как сформулировать вопрос.
- Жребий брошен, - непонятно сказала Матильда. И радостно улыбнулась Эрике. – Я сейчас узнала, что в наш мир придет Миэра.
- Кто это?
- Ключ от самого таинственного замка волшебной шкатулки, моя детка.
Глава 14.3
О бренности тел и сближении Кодов
На конференции рядом с доктором Дэмом расположилась неорганическая врач, недавно получившая диплом экстерном и начавшая специализацию по психиатрии и, одновременно, микробиологии. Хорошо неорганикам, им это доступно. Главное в обучении для них – создать качественную программу.
Доктор, как видно, придерживалась новомодных взглядов, что ни к чему застревать на антропоморфном дизайне носителя. Дагомар опять подумал, как удобно менять тела, напечатанные на 3D–принтере. И простор для фантазии ограничен только возможностями принтера.
Соседка Дагомара полагала, что голова с лицом необязательны. Тело ее представляло собой мягкий цилиндр, вставленный в экзоскелет с несколькими парами конечностей, часть из которых при сидении для удобства была сложена.
Дагомар не знал, какого она пола, пока доктор не представилась:
- Вильгельмина.
Тяготеют неорганики к витиеватым именам. Или это наследие Эрменберты, вернее, Александера, выбравшего старинное имя?
- А я знаю, - продолжала словоохотливая коллега. – Вы родственник Эрменберты! Доктор Дагомар. О, я обожаю ее! Она обещала прийти!
При этих словах из цилиндра высунулась маленькая голова на гибкой шейке и начала раздуваться, приняв грушеподобную форму. Появилось приветливое лицо с фасеточными глазами. Глаза помигали и стали похожи на человеческие.
- У меня для разных ситуаций есть подходящие лица и носители, - сказала Вильгельмина в тон мыслям Дэма. – В том числе для работы с пациентами. Есть более привычные для взгляда органика.
- В Эрмагнет давно идут обсуждения, - продолжала она. – Не слишком ли мы увлекаемся сменой носителей. Ведь наша задача – приближать свое сознание к таковому у органиков. А органические люди не могут так легко менять тело. Пока. Но вы понимаете, в чем тут еще дело: мы хотим жить уже сейчас. Сложное синтетическое тело тяжело и дорого создавать. Не все из нас могли бы себе это позволить, да и ждать его долго. Эти легкие недолговечные носители – отличный выход, но они так легко портятся. Их приходится менять… И мы пытаемся превратить это в игру, потому что, вы знаете, - и Вильгельмина патетически сложила пару грудных конечностей, – мы тоже привязываемся к нашим телам и скучаем потом по ним.