Глава 17. Самоотверженность Тейваз
Ad virtutem via ardua est. Путь к мужеству тернист
Разговор с Миммой
Дагомар, проводив Эрику, вернулся к Мимме, и они некоторое время молчали, не глядя друг на друга. Оба они так же, как и убежавшая Эрика, понимали и чувствовали, что история вырисовывается серьезная. В развивающемся сценарии у них была особенная роль, от успеха которой зависело что-то невероятно важное.
- Насколько я понял, Мимма, ты не сомневаешься в словах аберрантных наблюдателей.
Кукла покачала головкой.
- Их аберрации не в том, что они излагают безумные идеи. Они как раз знают, о чем говорят. Поломка их заключается в том, что они более не могут быть беспристрастными. Количество совершенных ими наблюдений превысило возможности утилизации.
Дэм кивнул.
- Возможность контакта с ними – это опция, заложенная в Программу? – спросил он и ответил сам себе. – Ну, разумеется. Кто сможет – воспользуется. Мимма, как ты оцениваешь наших физиков и инженеров? Справятся они с созданием искусственного магнитного поля?
- Вполне возможно, - на этот счет Мимма была оптимистична.
- А атаки астероидов?
- И это возможно. Вопрос, сколько их будет. Хватит ли у нас ресурсов, времени и технологий отражать их. А в перспективе - сможем ли мы понять, как перекрыть эту функцию в Программе.
- Иными словами, как пройти порог Многонога. Предполагается ведь, что тогда Программа должна включить более благоприятный режим? И внешние условия для планеты улучшатся?
- Весьма вероятно, доктор Дагомар.
Эрменберта важно сложила ручки на груди.
- Мимма, - продолжал Дэм, - а все-таки, что за история с Многоногом?
Мимма уставилась на него взглядом гипнотизера. Дэм изображал невозмутимость и готов был повторить свой вопрос.
Кукла хлопнула глазищами и сделала гримаску.
- В местной версии Программы, - заявила она напыщенно. - Глобальные задачи рассчитаны на решение коллективным разумом. Наша цивилизация должна уметь быть единым мозгом, принимающим решения при координации усилий. Тогда, видимо, Программа включает какие-то новые возможности. И тесты с каждым витком все усложняются. Если не проходим, то все под снос. В лучшем случае - только цивилизацию, в худшем - всю жизнь на планете. И все сначала, новый мир. Доктор Дагомар, мы же обсуждали с вами необходимость создания Коллективного Мозга!
- Я помню это. Мне любопытно, кто таков Многоног, реальный исторический персонаж или существо мифическое? Или скажешь, что в Многомерности все едино?
- Я вижу, тебе попалось мало словоохотливых аберрантов, - проворчала Мимма. – Все зависит от версии Программы. В одной из них он более чем реален. В других - опционально. То есть он может быть реальным при определенных условиях.
- Ладно, - миролюбиво сказал Дагомар. – Все же нам неплохо бы понимать, что именно представляет из себя мозг Многонога и как он работает. Это во-первых. И, если у нас получится, то дальше возникает «во-вторых» - каким образом подтянуть наш коллектив к идеалу Многонога.
- Отличный план, - продолжала ворчать Эрменберта.
Не глядя на Дэма, она нежно теребила ухо спящей Дисномии.
Дагомар замолчал. Он знал эти приемчики куколки. Та явно ждала от него каких-то слов и действий.
- Ты хочешь, чтобы я еще пообщался с аберрантами, Мимма? – спросил Дэм. – И узнал от них как можно больше о Многоноге?
- Нет, Дагомар, - ответила Мимма, глядя сквозь него. – Я хочу, чтобы ты сам вспомнил, кто такой Многоног и что из себя представляет его мозг. Никто не знает этого лучше, чем ты.
Размышления Эрики
Пенни, растение-утилизатор, очень выручала. За прошедшее время цветок набрался сил, кувшины увеличились в размерах, стенки их стали толще и крепче. Появилось еще несколько бутонов – будущих кувшинчиков. Каждый раз, поднося к растению пакет, Эрика вспоминала, как учила этому Витольда. Попугай, увы, так и не нашелся, и Эрнест продолжал поиски.
А Пенни радовала. Самый большой ее кувшин начал уже справляться с пластиковыми лотками и крышками. Поддоны из-под продуктов пока приходилось сминать руками или скручивать в трубочку, чтобы не повредить стенки цветка. Времени на их растворение требовалось больше, но все же цветок стал отличным помощником.
Кувшиночники-пластифаги жили теперь почти в каждой семье, и Эрике приятно было думать, что в этом есть и ее вклад. Эрику волновала судьба их мира, ведь здесь будет жить ее ребенок. Она вспомнила недавний разговор с Дэмом и Эрменбертой после путешествия по Эрмагнет, когда они делились впечатлениями и информацией, полученной от аберрантных наблюдателей.