Эрма несколько раз заводила речь о Программах в Программе, то есть о том, что Программа Интрамира – часть Вселенской Программы, а та – часть еще какой-то и так далее. Как объясняли Эрике, планета, своего рода Программа в Программе, при определенных триггерах обязана запустить режим катастроф и не может отменить надвигающиеся испытания.
В частности, разговор шел о том, что если запустится быстрая инверсия полюсов, их ждет не одно происшествие, а череда катастроф с извержением вулканов и повсеместными торнадо. Кто-то из наблюдателей убеждал их, что ожидаются и удары астероидов.
Из рассказов аберрантных наблюдателей следовало, что подобные коллапсы происходили в других мирах. Причем по разным сценариям. Так, когда-то на одной из ближайших планет с исчезновением магнитного поля произошло испарение атмосферы и выжигание солнцем всего живого. А затем наступило ее тотальное охлаждение. На другой же, родине К-Бобина, при отлете атмосферы массово разбушевались вулканы и раскалили планету.
Эрменберта и раньше предполагала, что именно ее появление приблизило тест на разумность и единение для населения планеты. Мысль ее была в том, что цивилизация, развившаяся настолько, чтобы создать свободных и независимо мыслящих существ, заявила о себе в Программе как о разумной. Теперь это подтверждали многочисленные аберрантные наблюдатели.
Выходило, что наступление смены магнитных поясов может произойти не через столетия, как предполагали ранее, а в ближайшие десятилетия. То есть уже при их жизни. Эта перспектива пугала Эрику.
К тому же террористы–антинеорганисты становились наглее и изобретательнее. Они испытывали теперь сложности с установкой магнитов, но в Эрмагнет закидывались все новые вирусы, приводившие к поломкам неорганических мозгов.
Новым методом нанесения повреждений были пули-капсулы, нацеленные на нервную ткань в канальцах синтетической кожи. В капсулах содержались токсические вещества, вызывавшие сильное возбуждение нервных клеток с отправкой гиперсигнала в неорганический мозг. В результате происходили повреждения, требовавшие серьезного ремонта. Физики и инженеры озадачились разработкой более устойчивых адаптеров, соединяющих органическую и неорганическую части системы. Необходимо было защитить мозг неорганика и от этой угрозы.
«Люди так разобщены… И это в то время, когда все планетарные нейроны необходимо согласовать», - бессвязно писала Эрика в дневник. - «Каким способом? Могут ли вообще люди действовать как цельный разум? Эрма полагает, что это возможно, и ищет решение. Она сказала, что ей важно найти главный параметр, по которому разные Коды можно сложить в единую структуру».
Мысли эти не отпускали Эрику, и она пыталась определить свои точки воздействия на происходящее. Она знала, что несет в себе нечто такое, что служит ключом к древнему Договору, приводящему к созвучию множество миров. Кроме того, Эрике предлагалось «подтянуть» в Договор еще четыре ключа, одним из которых была Эрменберта, а потом Миэра… Жаль, что не вспоминается ранняя история Кода, в которой Эрика оказалась вовлечена в тот таинственный Договор… И если уж говорить о Миэре, то как сложится жизнь ее дочери в этом конкретном мире, пока не справлявшемся с притоком Хаоса?
Начав тревожиться, Эрика решила отложить «неэффективные» переживания и вернуться к практическим задачам.
«Вчера перед экскурсией в Поле я начала догадываться, кто может быть еще одним «ключом»», - написала она. – «И время это проверит. Но где мне искать последний?»
Эрика задумалась. Пожалуй, ей стоит проверить одно предположение.
Глава 17.1
Поиски Многонога
Дагомар думал о ребенке Эрики. По словам Эйди, а вернее, Матильды, это прибытие второго Кода АЭМ, которому пришла пора воплотиться. Хотел бы он знать, откуда взялись эти Коды АЭМ и сколько их всего. Пожалуй, не меньше, чем кто такой Многоног.
Мимма, зловредное создание, повадилась замолкать и взирать на него с укоризной, если он пытался что-то выяснить у нее. Впрочем, он несправедлив к ней. Куколка порядком озабочена полученными предупреждениями, видя себя одной из причин происходящего.
Она прилагала все усилия, чтобы объединить для решения поставленных задач как минимум неоргаников. Почти у всех были органические члены семей, и это позволяло Эрменберте надеяться на поддержку и некоторого количества органических людей. Вопрос - какого именно?
В связи с последними событиями Эрменберте пришлось пока отказаться от мысли внедрить в мозг неоргаников программы внутривидовой агрессии, в той мере, в какой они присутствовали у органических собратьев. Дагомар и Эрика активно поддерживали ее в этом, утверждая, что сейчас совсем не время получить целую кучу злобно настроенных существ. Их и так достаточно. Давайте уж сначала попытаемся найти решение озвученных проблем.