Пули пробивали кожу великана. Он точно умрёт. Однако не так быстро, как хотелось бы...
Чудище взревело от боли и бросилось на нас.
— В рассыпную, — крикнул командир, хотя каждый из нас и так знал, что делать. Я бросился влево по круговой траектории, продолжая отстреливаться от противника.
— Командир, слабые места — глаза и пах, но второе у данного индивида прикрыто плотной тканью, замедляющую скорость пули почти до нуля. Также следует опасаться его ледяного дыхания.
Темик, наконец-таки, получил информацию о ледяном великане. С данным видом мы сталкиваемся впервые, так что ничего о нем не знаем. Это отработанная схема: Артём собирает информацию о монстре, параллельно отстреливаясь. Мы его прикрываем, стараясь не использовать свои заклинания. Потому что на третий день тренировок мы повстречались с ифритом. И эта тварь восстанавливалась, поедая огонь. Любой: и магический, и не магический. В тот день наш отряд потерял больше десятка человек...
— Командир, — пронесся над лесом голос Артёма. — Шесть оборотней. С севера. Восемьдесят метров.
— Лена, Степа. Оборотни на вас! — раздался голос командира.
Лена и Степа, не отвечая, кинулись на север. Я приготовился вновь начать стрельбу, но остановился. Поведение великана изменилось. Он перестал за нами гоняться, встал, не обращая внимания на все новые и новые раны, и начал делать глубокий вдох.
— Поль, отражай!
Полина вскинула руки, и волна ледяного воздуха, не долетая до нас, развернулась и ударило в лицо великану.
— Сосун, ты готов?
— Сейчас проверю.
Я подошёл к поваленному дереву и попробовал его поднять. Оно легко поддалось. Следующий этап — разломать. Легко.
— Я готов. Мих, подсади.
Миха хмыкнул и поднял меня в воздух. Это наш левитатор.
Обидное, конечно, прозвище мне дали, "Сосун". Только заклинание у меня идеально подходило под него — забирать и использовать чужую силу любого типа. Да и привык я. Слишком быстро привык...
Великан взревел и разломал ледяную корку на лице. Но участь его уже предрешена. Я летел ему прямо в морду. Опасно? Опасно. Но Миха мастер, я ему доверяю в этом деле. Чудище попыталось сбить меня в воздухе, но движения у него уже были вялыми. Миха легко пронес меня над его рукой, и вот я прямо перед лицом великана.
— Отправляйся в Ад! — прорычал я, замахиваясь своим обломком.
Великан поднял на меня свои желтые глаза, а в следующую секунду его голову, вместе с моей дубиной, разнесло на части. Из горла полилась кровь. Вяло, будто она была на грани затвердевания. Тело покачнулось и старым деревом завалилось на спину.
— Маш, разморозь Прохора. Остальные за мной!
Наш отряд бросился на поддержку Лены и Степы.
Но мы опоздали. Лена сидела на коленях и держала за плечи тело своего напарника с головой, повернутой под невероятным углом.
— Эй, Степ. Ты... ты чего? Ты же не умер? — дрожащим голосом, повторяла и повторяла Лена.
Наверно, все знали, что они едва ли не с первого дня влюбились друг в друга. Я слышал, как они мечтали о совместной счастливой жизни, когда кончится кошмар. Но мир не так прост. Он уже разрушил однажды счастье каждого из них, и повторить жестокий момент ещё раз для него было в радость.
Я оглядел место битвы. Раз труп вервольфа, два, три... Судя по тишине, они убили всех оборотней.
Я глянул на Темика. Он стоял хмурым. Но отнюдь не из-за смерти друга. Тогда, что его беспокоит? Ответ пришёл сам.
— Командир, — Артём подошёл к главе. — когда я сканировал местность, я заметил слабое присутствие какого-то неизвестного мне демона, однако сейчас я не чувствую его совершенно.
— Может, просто сбежал. Не волнуйся, раз его нет, то и опасаться нечего.
Хм, присутствие демона. Да, знаю. Я случайно взял немного силы у этого демона. После этого он и пропал.
Однако Судьбе было мало одной жертвы. Только мы собрались возвратиться к Маше, как она сама показалась. Одна. Она ничего не сказала, но и не надо было. Всем и так все стало понятно без слов.
Похоронили мы Степу и Прохора быстро и тихо. Плакала только Лена. Все остальные стояли с каменными лицами. Скольких знакомых мы потеряли за эти двенадцать дней? Одним больше, одним меньше — разве есть разница? Как бы ни было ужасно, но каждый из нас, кажется, уже начал привыкать терять близких людей.