- Игнат, ты чего? Может, я тороплюсь?
- Просто я не совсем понимаю, о чем ты.
- О том, что вы вместе, - ошарашила его женщина. - Рита не сдержалась и похвасталась мне. Знаешь, я так счастлива, - всхлипнула она, - так давно я ждала, когда вы уже поймёте, что любите друг друга.... И ты ещё такой непостоянный, - сквозь радостные слёзы засмеялась мама. - Рита всегда была есть и останется членом нашей семьи.
- И давно она тебе рассказала это?
- Сегодня утром обрадовала. Предупреди заранее, если вы будете устраивать семейный ужин, моему дорогому мужу надо взять выходной в этот день.
- Конечно, мам. - После этого парень не сводя злого взгляда стальных глаз с Риты, попрощался с женщиной и убрал телефон в карман.
- Как дела у тёти Наташи? - Улыбнулась наигранно брюнетка.
- А разве ты не знаешь? Сама же ей звонила недавно, - начал избавляться от одежды Игнат, направляясь в душ. - Чтобы когда я вышел тебя здесь не было и ключи лежали на столе.
Рита злобно сжала руки в кулаки, дёрнувшись от стука хлопнувшей двери. Ещё некоторое время она стояла не двигаясь, слушая шум воды. Она наделась, что хоть радость его мамы, самой дорогой женщины в его жизни, вселит в него хоть малейшее желание дать ей шанс, но все без толку. Снова этот гневный взгляд, он даже не притронулся к ней, не оценил её стараний на кухне. От собственного бессилия и усталости, девушка рухнула на пол, сложив руки на колени. Чего же ему еще не хватает?
В душе поднимался протест. Почему он смеет так с ней поступать? Его надо проучить, снова показать его место и доказать, что она имеет на него управу.
Нервно поднявшись на ноги Рита, тяжело дыша, побежала на кухню. Из-за очередной нахлынувшей обиды она злостно стала сбрасывать на пол все, что поставила на стол, лишь бы угодить Игнату. Фарфор бился с треском, за ним летело стекло, разливались суп и сок, десерт растекался по столу, капая вниз, маленький букет цветов был изорван и покрывал все это «убранство» на тёмном паркете.
Когда Игнат вышел с душа, попутно вытирая волосы белым махровым полотенцем, Рита уже снова сидела полу, посмеиваясь непонятно над чем. При виде хозяина квартиры она поднялась и встала напротив него, надменно смотря в его глаза.
- Убери это все, - заставлял он своим равнодушием кричать от гнева.
- Пусть твоя шалава-Алиса прибежит и все уберёт.
Игнат подозрительно покосил на неё глаза, полные жестокости. Это заставило её отойти назад на несколько шагов, уперевшись в барную стойку.
- Ты заигралась, - спокойно ехидным голосом только и сказал он, начиная приближаться к ней. В его глазах снова блистал благородный метал, а руки сжимались в кулаки от напряжения, которое он так хотел снять.
- Ты не посмеешь мне сделать что-то! - Испуганно взглянула Рита на его руки, съеживаясь у стойки, когда он приблизился вплотную. - Ты же любишь меня и только меня!
Последние слова она выкрикнула с отчаянием, когда парень резко замахнулся на неё, но внезапно остановился. В его голове в этот момент пролетел маленький, но значительный отрезок жизни...
«Ты мне не сделаешь ничего плохого. Я же сказала, что доверяю тебе.» - Сказала ему однажды Алиса, когда он загнал её в угол. В её голосе была решимость, твёрдость. Она не сомневалась в нем, напротив, была уверена настолько, что посмела сказать ему такое в закрытом помещении. Где, в случае чего, её никому не удалось бы спасти от него. И он вспомнил, как тогда впервые задумался о своём отношении к ней. И как снова соврал. Рита дышала часто, начиная успокаиваться, когда Игнат задумчиво замер с напряжённой рукой. Но как только она расслаблено опустила плечи, празднуя очередную победу над ним, раздался хлесткий звук. Её щека горела от дикой резкой боли. Она ошиблась. Он только что её ударил! И так ненавистно.
- Слушай и запоминай, - обхватил Волков её шею горячей рукой. - Сейчас ты все здесь уберешь, а после, оставив ключи, и сама покинешь мой дом. Поняла? Неужели, Риточка, ты хочешь, чтобы я начал отвечать на твои провокации, ответными? Я же из жалости к такой брошенной дуре ничего не делаю. Цени это.
- Отпусти, - дрожащим от страха голосом попросила девушка, чувствуя, как тяжело дышать. Стоило ему нажать ещё на шею и воздух вовсе прекратил бы поступать в лёгкие.
- Ты сама виновата. Не стоило пытаться разозлить меня, - после этих слов он швырнул её, словно пушинку в сторону беспорядка, что она развела. - А тем более звонить моей маме. Знаешь, пожалуй, ей пора уже узнать, что из себя представляет моя подружка детства. И не только маме, но и Марку, всем твоим знакомым. Как думаешь, они захотят иметь в друзьях такую мразь, как ты?