— Нет, — разочарованно вздохнул светлый и опять потянул меня вперед, правда теперь предварительно повернув направо.
Нам приходилось еще раз пять прятаться в каких-то строениях, переходить на другие улицы, огибать на вид ничем не примечательные участки пути. Я этого объяснить не могла, но желания ослушаться эльфа и проверить все на своей шкуре как-то не возникало. В очередном доме он разрешил перейти с бега на обычный шаг. Воспользовавшись кратковременной передышкой, я присела на мраморную ступеньку некогда прекрасной и величественной лестницы на второй этаж.
— От кого мы бежим, Арнел'лиан? — серьезно начала я. — Я ничего не ощущаю, но, тем не менее, ты гонишь нас вперед так, словно сзади в затылок дышит вся известная науке нечисть.
— Я не знаю, — он облокотился спиной о стену и на секунду прикрыл глаза.
Мои брови поползли вверх. Не знает? Тогда что же мы уж час как бегаем по Иру?!!
— Просто… — невозмутимо продолжил он. — Эльфы клана Рябины не владеют магией, они — воины. Лучшие лучники. Но все же дар внутри каждого из нас есть. Я интуитивно, на уровне мыслей и образов ощущаю всех существ, которые находятся вокруг меня. Живых и неживых. Это происходит непроизвольно, будь рядом эльф, человек, илант, вампир, кентавр. Кто угодно! Я не буду видеть его, например, из-за угла дома, но я буду твердо знать, что он там есть…
Я постепенно начала понимать. Эти слова очень многое объясняли. Почему-то сразу пришли воспоминания о Песчаном береге, где молодой княжич упорно умудрялся стрелять из лука в опасной от меня близости. А ведь при этом эльф никого не видел, что, впрочем, не помешало ему изрядно меня погонять. Оказывается, просто ощущал присутствие «интуитивно», как только что выразился его старший брат.
— И сейчас, — осторожно начала я. — Ты что-то чувствуешь?
— Я знаю, что за нами кто-то идет. Или что-то. Потому как я лишь ощущаю чужое присутствие, но распознать объект не могу. Такого еще ни разу за мою жизнь не случалось. И пока мы петляем, оно отстает, давая нам лишние мгновения отдыха. Но все равно догоняет, неумолимо приближается, как я ни стараюсь это запутать…
— Если оно до нас доберется…
— Боюсь, что солнце все равно взойдет, но нам с тобой будет уже все равно…
Последним «счастьем» стал для меня полнейший мрак. Заряд амулета закончился внезапно, ненавязчиво напомнив закон, что энергия это вещь, в общем-то, не бесконечная… Вот что мне мешало отдать его маме на подзарядку? Только девичья память. Я все еще глупо надеюсь, что это не склероз…
— Надо идти, — напомнил эльф.
— Я ничего не вижу. Вообще… — призналась тихо я.
Я даже пойму сейчас, если он меня попросту бросит, как лишнюю обузу. И вдруг почувствовала легкое касание листоухого на своем локте. Он помог мне подняться с лестницы и крепко взял за руку.
— Главное, верь мне, чувствуй направление и просто иди вперед.
Я согласно кивнула, зная, что он, в отличие от меня, видит этот жест прекрасно.
И опять были переходы. Я сбилась со счета, сколько раз нам приходилось петлять, проскальзывать сквозь новые дома и особняки, пробираться сквозь колючие сухие заросли кустарника. Я в кровь разодрала руки, особо настойчивая ветка сильно хлестнула по лицу, и теперь щека горела огнем. Я трижды чуть не упала, спотыкаясь о камни на мостовых, ударяясь о перила в домах, цепляясь о всякие выступы, но вновь и вновь Лиан успевал подхватывать меня на руки. Тело ломило от усталости, мысли вообще оставили сознание, где поселился один-единственный инстинкт — бежать. И мы бежали, как загнанные в ловушку звери, быстрее и быстрее, уже не останавливаясь, бежали только вперед…
Эльф остановился, а я внезапно налетела на него сзади, так и не успев затормозить. Он схватил меня в охапку и прижал к какой-то холодной поверхности. Наверное — стена.
— Я чувствую приближение воды. Оно гонит нас к океану, — прошептал он мне на самое ухо. — Словно разделилось и теперь обходит по кругу, не оставляя выхода.
— Разделилось? — я пыталась отдышаться, поэтому слова звучали немного прерывисто. — Но как?
— Это одно существо, только теперь одновременно в нескольких местах.
Проклятье! Ну что за невезение!
— Сколько до рассвета?
— Около часа.
Он стоял так близко, что я явно чувствовала идущий от него аромат ванили, чуть сладкий и необычайно нежный. А может, тому виной была моя кратковременная слепота, ведь считается, что при потере одного органа восприятия чувств у человека какой-нибудь другой обостряется до предела. Вот у меня такая странная реакция на запахи…От эльфа ну просто подозрительно приятно пахло. Столько пробежал и хоть бы запыхался для приличия. Лично я до сих пор с трудом дышу.
— Если оно все равно нас окружает, есть ли смысл бежать дальше? — устало выдохнула я.
— У океана больше шансов на спасение, чем в этой замкнутой коробке.
Листоухий, не медля больше ни минуты, безжалостно потащил меня вперед.
Когда в конце очередной улицы заблестела вода, до рассвета оставалось приблизительно минут двадцать. Я прекрасно поняла это, наблюдая за тем, как место соприкосновения неба и океана постепенно теряет свою черноту, наливаясь насыщенным серым цветом с легкими оттенками красноты. И мрак вокруг меня уже не был таким плотным, медленно превращаясь в сумрак и позволяя видеть некоторые все еще размытые объекты.
Мы спустились по длинной лестнице, сначала на один пролет, потом на второй, выходя прямо к набережной, камни которой плавно заменялись песком и упирались в воду.
— Шейн, — на Лиана было страшно смотреть. Зрачки расширены, лицо бледное, даже такой тусклый свет позволял мне увидеть, что эльф сильно нервничает. — Оно везде. Повсюду, нет ни единой лазейки…
Я судорожно осматривалась по сторонам, все еще крепко сжимая руку светлого, но кругом была лишь предрассветная темнота, пустые улицы, ставший практически родным прохладный ветер. И больше ничего. Вот только неприятный следящий взгляд никуда не делся, кто-то продолжал свое наблюдение, не оставляя нас ни на миг.
Необычные сгустки черного пара начали появляться прямо из пустоты перед нами. Всего шагах в десяти. Они сочились из трещин на мостовой, из камней близлежащих домов, из сухих и давно мертвых стволов низкого кустарника, растущего на самом побережье. Эта тварь собиралась по кусочкам, сливаясь воедино и приобретая все более устрашающие формы. Только сейчас я поняла, что эльф был прав. Чудовищно прав. И эта непонятная масса, которая сейчас превращалась в густой непроницаемый кисель, успела окружить нас уже со всех сторон, отрезав пути к отступлению. Я резко обернулась к океану, который сейчас был занавешен от моего взгляда эти странным колышущимся маревом. Словно перед тобой отвесная стена, правда, лишенная привычной гладкости. То в одном месте, то в другом из этой массы и мешанины мрака проглядывали какие-то смутные образы, то мелькали испуганные лица с расширившимися от ужаса глазами, их рты открывались в беззвучном крике, в нашу сторону тянулись тонкие когтистые руки.
Если призрачная повозка каждый раз устраивала своим пассажирам встречу с этим созданием, тогда я понимаю, почему никто назад в наш мир не возвращался. Только от одного вида этого ужаса можно умереть от страха или как минимум поседеть…
И мне было страшно. Поделать что-либо с этим чувством было просто невозможно, оно упорно выбиралось из самых дальних уголков души, заполняя собой абсолютно все, лишая последних каплей рассудка и самоконтроля. И гнетущей была страшная нелепая тишина, окутавшая нас прочным коконом, даже ветер стих, оставив наедине с безумием этой мглы.
— Что это… — скорее одними губами произнесла я, но эльф расслышал, потому что в царящем безмолвии и этот шепот показался громом.
— Только что хотел узнать у тебя… Оно живое, и неживое одновременно. Как такое может быть? — казалось, листоухий сейчас разговаривает сам с собой, даже не надеясь на чей-то ответ.