Засыпал в стогу юнец...
Будет бардом непременно
Этот маленький певец.
Пираты разражаются бурными возгласами. Все просят спеть ещё и Руиль поёт. Ещё и ещё, пока в горле не пересыхает. Небо за это время сменяет свой цвет на тёмно-синий.
Руиль зевает и пытается разлепить налившиеся свинцом веки. Выходит лишь немного приоткрыть глаза и тут же снова закрыть, впадая в полудрёму. Сквозь сон Руиль чувствует, как его поднимают из-за стола и выводят на улицу – холодный ветер бьёт в лицо, прогоняя зачатки сна. Тяжелая голова болит то ли от выпивки, то ли от желания поскорее заснуть, то ли от всего сразу. Руиль облокачивается о стену, вдыхая морской воздух. Марсия машет перед лицом ладонью, с деланно серьёзным видом приказывая не засыпать. Сама она еле стоит на ногах от выпитого, икает и что-то бормочет себе под нос, изредка хихикая.
– Тебе же понравилось, да? Да?! Скажи, что да! – маячит девушка перед глазами.
Приам перехватывает её за плечи и, бросив Руилю «не отставай», уходит с девушкой в сторону порта. Некоторое время Руиль так и продолжает стоять, прислонившись к стене, собирая мысли в кучу. Он провожает выходящих из трактира пиратов взглядом. Затем сам идёт обратно на корабль.
Ночной остров укутан завыванием холодного ветра и шумом волн, разбивающихся о скалы. Руиль останавливается, запрокидывая голову. Миллиарды звёзд на чёрном небе образуют яркую мигающую полосу. Звёзды падают одна за другой, и Руиль прикрывает глаза, загадывая желание.
«Пожалуйста», – просит он, – «пусть всё это поскорее закончится. Пусть меня перестанут преследовать. Пусть перестанут считать чудовищем. Я просто хочу стать свободным».
Руиль открывает глаза. Далёкие звёзды смотрят в ответ надменно, не отвечая на просьбу барда.
– Вот ты где, рыбка, – раздаётся знакомый голос за спиной.
Обернуться Руиль не успевает. Широкая ладонь накрывает рот парня противно пахнущей тряпкой. Сонливость пропадает мгновенно. Сердце начинает биться, как запертая в клетке птица. Руиль дёргается в чужих руках, пинается, мычит, но силы быстро покидают уставшее тело, и бард, повиснув безвольной куклой, проваливается в сон.
Глава 8. Аукцион.
– А где Руиль? – спрашивает Сэйла утром.
Проходящий мимо Иолай лишь пожимает плечами, даже не взглянув на вперёдсмотрящую. Девушка хмурится. Руиль имел привычку каждое утро приходить на нос корабля и играть на лире, придумывая новые песни. Длилось это всегда около часа, а потом бард уходил, продолжая заниматься своими делами. Сегодня, сидя в “”Вороньем гнезде”, Сэйла не увидела Руиля ни на одной из палуб. Почувствовав что-то неладное, она спускается вниз, начиная поиски барда самостоятельно.
– Сестра, – машет она рукой Марсии. – Ты не видела Руиля?
– Руиля? Я думала, он до сих пор спит, – отвечает сестра, болезненно хмурясь и держась на голову.
– Спит до полудня? Не слишком ли долго?
Марсия пожимает плечами. По её лицу видно, что похмелье крепко схватило её за горло и не собирается отпускать.
– Спроси у Приама, он вроде разговаривал с Руилем вчера, прежде чем вернуться на корабль.
Перед тем, как спуститься в каюту квартирмейстера, Сэйла проверяет все спальные комнаты.
– Что-то случилось? – спрашивает Приам, когда девушка входит без стука.
– Ты видел Руиля?
– Вчера видел, – отвечает мужчина, пытаясь почесать руку через плотно обмотанный бинт.
– А сегодня?
Приам медленно опускает читавший до этого документ и упирается взглядом в Сэйлу.
– Не видел, – чётко произносит он. – И пусть лучше так и продолжается.
– Его никто не видел, Приам, – Сэйла делает акцент на втором слове. – В гамаках его тоже нет.
Приам хмурится.
– Может, он просто вышел погулять? – выдаёт он своё предположение.
– Руиль?
Приам вздыхает. Сэйла была права – бард не сошёл бы с корабля без веской причины и никого не предупредив.
– Доложи капитану, а я проверю в трактире. Если он сбежал, это единственное место, куда он мог пойти.
***
Руиль просыпается от холода, окутывающего всё тело. Он лежит на холодном полу, полностью голый, с закованными в цепи руками. С кряхтением сев, Руиль в панике осматривается. Он сидит в полупустой каменной темнице. Через решётку виден коридор, освещённый факелами, и камеры на противоположной стороне. Помимо барда в темнице, такими же голыми и закованными, сидят ещё несколько человек.