– Неужели это правда было? – неверяще спрашивает конопатый мальчик, сидящий справа от Руиля. – Мама говорила, что это всё сказки.
Остальные дети недовольно забубнили, но пожилая женщина лишь засмеялась.
– Всё верно твоя мама говорит, но и сказки не берутся из ниоткуда. Истории, что произошли взаправду передаются из уст в уста, края их стачиваются, а истина блекнет. Так и рождаются сказки.
Женщина протягивает руку и треплет мальчика по веснушчатой щеке. Тот делает недовольное лицо, но не отстраняется.
– Ну, детки, на этом всё, – говорит бабушка. – Хватит на сегодня сказок. Ваши родители уже небось заждались вас.
Дети вскакивают со своих мест и бурно обсуждая только что услышанную сказку разбредаются по ярмарке. Руиль поднимается вместе с ними и, прижав к груди потрёпанную временем лиру, подходит к рассказчице.
– Эм, извините, – неловко зовёт он.
Женщина отвлекается от сбора своей сумки и поднимает на юношу улыбающийся взгляд.
– Что такое, мой хороший? – спрашивает она.
– Я хотел поблагодарить вас за сказку. Вы очень интересно рассказываете.
Женщина умилённо смотрит на Руиля, неловко переминающегося с ноги на ногу.
– Какой прекрасный ребёнок. Спасибо тебе за доброе слово. Рада я, что тебе было интересно. Нечасто дети твоего возраста хотят слушать сказки от старой бабки.
– Ну что вы такое говорите, – возмущается Руиль. – Никакая вы не старая бабка! И рассказываете вы очень интересно!
Женщина захихикала словно маленькая девочка, прикрыв рот ладонью. Рядом с коренастым Руилем она выглядела очень маленькой, с трудом доставая ему до груди. Седые волосы были спрятаны под цветастую косынку.
– Уж совсем ты старушку задобрил, – говорит женщина. – Может ещё какую историю тебе рассказать, спрашивай, не стесняйся. Я много сказок знаю.
– Ох, ну тогда, может, вы знаете какие-нибудь леурдинские сказки? – воодушевлённо спрашивает Руиль и его длинные острые уши чуть дёргаются.
– Леурдинские значит? – бабушка задумчиво касается подбородка и хмурит редкие седые брови. – Ох, милок, а вот иноземные сказки я почти и не знаю. Слышала пару-тройку про богов ихних, да все ж они так друг от друга отличаются, что не понятно где первая правдивая сказка. Прости пожалуйста, я в этом тебе вряд ли смогу помочь.
– Ничего-ничего, я просто спросил. Ничего страшного, что вы не знаете, правда. Это не особо-то и важно, – говорит Руиль, но женщина видит по грустному фиалковому взгляду, что важно.
В этот момент кто-то подходит сзади и даёт парню несильный подзатыльник. Бабушка охает, а Руиль, потирая ушибленную голову, поворачивается, чтобы увидеть того, кто его ударил. Урс стоит, уперев руки в бока, на локте висит корзина с продуктами. Усталым взглядом дядя смотрит на своего названного племянника.
– Ты чего тут прохлаждаешься, бестолочь? – спрашивает он хриплым голосом. – Людей отвлекаешь.
– Да я просто спросил, – неловко начинает оправдываться Руиль.
– Он совсем меня не отвлекал, ну что вы, – заступается за паренька бабушка-рассказчица. – Такой прилежный мальчик, кому он может помешать.
Урс переводит взгляд с Руиля на женщину и обратно.
– Ну ладно, – говорит он, махнув рукой. – Нам идти пора, спасибо, что приглядели за ним.
– Ох, да не за что, приходите потом ещё сказок послушать. Хорошего вам дня.
– Обязательно придём, вам тоже, – кивает бабушке Урс, а когда они отходят достаточно далеко, бурчит себе под нос: – Опять бабулек соблазняешь.
– И никого я не соблазняю, – шипит Руиль в ответ. – Я просто стараюсь быть дружелюбным и вежливый.
– Считай, одно и тоже, – говорит Урс. – Сколько сегодня получил?
Руиль сразу воодушевляется.
– Не мало! Возможно это из-за ярмарки, но сегодня я собрал целых 50 фэс.
– Неплохо, совсем неплохо, – кивает Урс. – И ярмарка тут не причём, кха-кха, ты просто, кха, хорошо играешь.
Мужчина заходится в приступе кашля, останавливаясь посреди оживлённой ярморочной улицы. Вокруг гомон, смех, кудахтанье запертых в клетках куриц, лай собак, звон цепей, ржание лошадей и цокот их копыт. Во всей этой какофонии звуков Руилю по ушам бьёт кровавый кашель самого близкого человека. Люди вокруг оборачиваются и смотрят с брезгливостью.
Урс перестаёт кашлять и устало смотрит на свою окровавленную ладонь, а потом просто вытирает её об грязную штанину и произносит охрипшим голосом.
– Чего смотришь? В первый раз как будто. Пойдём быстрее, скоро темнеть начнёт.
Рауль послушно идёт следом. Он смотрит искоса на осунувшееся, покрытое колючей щетиной лицо своего дяди. В свои тридцать он выглядел на все пятьдесят. Ещё несколько лет назад взгляд Урса сверкал, а сам он был полон сил и энергии. Болезнь подкралась неожиданно и быстро, но, как и любой фамильяр, у которого нет связи с ведьмой, Урс был готов к такому исходу.