– Ика тламауотлка. Се́нто тлами́тл. (Так уж и быть. Сто тысяч фэс.)
– Тламауотль тламанти неми (Вот и договорились), – удовлетворённо улыбается Жанна.
– Ика тламауотль тламанти неми, ни-поуо́тл. Тентли неми тонали. (Раз мы решили этот вопрос, я пойду. Деньги будут вечером, после того, как я проверю весь товар.)
– Куата́ль (Конечно), – кивает Жанна. – Тин ахмо тарпатэо́тль (Мы никуда не спешим.)
Мужчина уходит, а капитан подходит к Приаму и Руилю.
– Уже всё выгрузили? Молодцы. Мы останемся здесь на пару дней, так что можете отдохнуть и полюбоваться местными красотами, – говорит она, улыбаясь барду.
– Что делать с этой? – спрашивает Приам, указывая на Гаю.
Наёмница стоит, подставив лицо горячим лучам солнца и, кажется, совершенно не обращает внимание на то, что о ней говорят.
– Просто не спускай с неё глаз, – отвечает Жанна. – Если попытается что-то выкинуть, оставим её здесь.
Гая, не отрывая лица от солнца, улыбается.
– Это твоё первое посещение Дендраста, так? – треплет Руиля по голове Жанна. – Маякан самый крупный торговый порт на материке. Здесь много интересного. Прогуляйся, осмотрись. Может быть, даже прикупишь что-нибудь для себя.
Жанна уходит, а за ней и Приам, кинув, что у него есть дела и что Руилю лучше не теряться. Гаю он утаскивает за собой. Руиль, оказавшись совсем один, растерянно осматривается. Вокруг совершенно незнакомый порт и странные люди, говорящие на непонятном языке. Другие члены команды продолжают заниматься разгрузкой, да и никого хорошо знакомого среди них бард не замечает. Руиль решает идти туда же, куда все прибывшие. Он идёт за небольшой группкой незнакомых пиратов, разглядывая местные красоты. Порт плавно перетекает в широкую улицу, с обеих сторон окружённую невысокими квадратными домами с синими и красными крышами. Через каждые три дома главная улица разделяется на два маленьких прохода.
Улица шумит странным для Руиля языком – резким, быстрым, громким и грубоватым. Среди маяканцев он ощущает себя маленьким мальчиком, и это чувство вызывает в нём дискомфорт. Как и везде, где бы ни оказывался бард, местные провожают его заинтересованным взглядом. Они, не стесняясь, тычут в Руиля пальцем и громко обсуждают. Впервые он был рад тому, что не понимает, о чём говорят люди.
Внезапно пираты, за которыми следовал Руиль, сворачивают в маленький, неприметный проход между домами. Боясь остаться один посреди незнакомого города, бард идёт следом. Длинный узкий проулок, словно дорожка в лабиринте, заставляет долго петлять, путая следы. На очередном повороте Руиль решает, что нужно возвращаться, иначе дорогу обратно до корабля он точно не найдёт. Именно в этот момент блуждания прекращаются – проулок расширяется в широкую торговую площадь, заставленную лавками с соломенными крышами. На первый взгляд это кажется обычной рыночной площадью, пока Руиль не присматривается к содержимому лавок: магические посохи, артефакты, блестящие в свете солнца драгоценные камни, огромные картины и музыкальные инструменты. Чем дальше заходит бард, тем более странные и пугающие вещи заполняют прилавки: растения, извивающиеся словно змеи, чучела животных, которые Руиль до этого никогда не видел, человеческие конечности и высушенные головы. От всего этого безумного разнообразия становится плохо. Несмотря на жару, Руиля пробивает озноб. Он проходит мимо одной из лавок и в ужасе застывает. К балкам навеса привязаны круглые плетённые клетки, внутри которых порхают маленькие человекоподобные существа. У них синеватая кожа, переливающиеся, словно жемчуг тонкие крылышки и длинные мохнатые усики на голове. Существа бьются о прутья клеток и тихо пищат. А рядом с лавкой, в такой же плетёной, но большой клетке сидят люди с завязанными руками. Их кожа ярко-зелёного цвета, а волосы, похожие на скрученные верёвки, горят огнём. Смотря на пленных, Руиль чувствует, как его снова начинает поглощать уже знакомый приступ. Сердце стучит всё быстрее, а ком в горле не даёт нормально вздохнуть.
– Это эрданцы, – обжигает кто-то шёпотом ухо.
Руиль вскрикивает, отпрыгивая в сторону. Приступ моментально проходит. Сердце заходится бешеным ритмом, и бард не сразу понимает, что перед ним стоит Гая. Её руки больше не связаны, да и Приама поблизости Руиль не замечает.