– Ты… – пытается отдышаться бард, – что ты здесь делаешь?
– Гуляю. За тобой присматриваю.
– А где Приам?
– Без понятия, – пожимает плечами Гая. – Мне стало скучно, и я от него ушла.
– Приам будет злится, – предупреждает Руиль, чем вызывает у Гаи приступ смеха.
– Ой, насмешил, – говорит женщина, вытирая выступившие на уголках глаз слёзы. – Хотя ты прав, этот хмурой мужчина не оставит мою выходку просто так.
Она кидает взгляд на клетку позади Руиля, и бард тоже оборачивается, встречаясь взглядом с пленником. Мужчина, крепкий и поджарый, он смотрит исподлобья, хмуро и с упрёком.
– Почему они сидят в клетках? – спрашивает Руиль у Гаи.
– Потому что это Чёрный рынок Дендраста. Слышал когда-нибудь о таком?
– Слышал, – кивает бард. – Но никогда не думал, что все рассказы о нём правда.
– Знаешь, – кладёт руку парню на плечо Гая, – если бы ты попал к другой команде, то, скорее всего, сейчас сидел бы в такой же клетке.
Её слова пускают по телу разряд. Руиль сглатывает.
– Пойдём-ка отсюда, – предлагает наёмница. – Не стоит заставлять Приама долго нас искать.
Они уходят с площади, и до самого порта Руилю кажется, что спину ему прожигает суровый взгляд пленённого эрданца.
***
Стоит Руилю вернуться в порт, как его тут же перехватывает один из матросов «Красной розы» и говорит, что капитан хочет его видеть. Бард сразу понимает, что за разговор его ждёт, поэтому мотает головой, пытаясь высмотреть Приама. Квартирмейстера Руиль слышит прежде, чем находит глазами. Громко браня весь нифэнский род, Приам подбегает к Гае, хватая женщину за грудки.
– Дрянь, – рычит он ей в лицо. – Я ведь ясно дал понять, чтобы ты не смела ничего выкидывать!
– Ну извини, – совершенно неискренне просит прощения Гая. – Мне просто стало скучно.
Приам выше её на голову и шире раза в два. Кажется, что если он приложит немного усилий, то сможет переломить женщину надвое. Но Гая совершенно не выглядит испуганной, наоборот, она насмешливо улыбается и произносит:
– А ты что? Успел соскучиться?
– Ещё одно слово, и я вырву твой поганый язык.
Приам буквально дрожит от злости, и Руиль не сразу решается к нему подойти. Он несколько раз тихо окликает мужчину и, когда тот наконец-то обращает на барда своё внимание, рассказывает, что их ждёт капитан. Приам сразу же успокаивается, толкает Гаю к матросам, приказывая связать наёмницу и не спускать с неё глаз, а сам вместе с Руилем поднимается на корабль.
Жанна ждала их в своей каюте, куря трубку и смотря в окно на морской горизонт.
– А теперь рассказывайте, – приказывает она, стоит барду и квартирмейстеру переступить порог каюты. – Что это была за магия? Я думала, ты не умеешь колдовать, Руиль.
– Я…
– Это всё лира, – отвечает за барда Приам.
– Лира? – бровь Жанны взметается вверх.
– Скорее всего, – продолжает Приам, – это магический инструмент, сделанный в Леурдине.
– И что же этот магический инструмент может? – Жанна щурит глаза.
– Мы пока и сами не знаем, – пожимает плечами Приам.
– Мы? Ты говоришь и за Руиля тоже? Может, дашь ему хоть слово вставить?
Приам недовольно поджимает губы, но кивает.
– Итак, Руиль, – Жанна переключает своё внимание на барда, – ты знал, что твоя лира волшебная?
Парень качает головой.
– Нет, капитан, я всегда думал, что это обычный музыкальный инструмент.
– И когда же ты понял, что это не так? Не во время третьей волны, верно?
Руиль кивает и смотрит на Приама. Получив от мужчины разрешающий кивок, он рассказывает о первом использовании магии в день, когда на «Красную розу» напал Эдвин Пик.
– И почему вы не рассказали мне всё сразу? – спрашивает Жанна.
Руиль, сам не зная истинную причину, смотрит на Приама. Тот, вздохнув, отвечает, что хотел проследить, не собирается ли бард использовать эту силу на команде, и в случае чего уничтожить инструмент. Руиль от услышанного недовольно пыхтит, прижимая лиру к себе. Жанна хмыкает и качает головой.