– Заряжайте пушки, быстрее! – бьёт в лицо крик Жанны. – Нужно отогнать его от корабля, пока он не потопил нас.
– Что происходит? – спрашивает Руиль у пробегающего мимо Гектора.
– Кашалот, – коротко отвечает мужчина и убегает.
Руиль непонимающе хмурится и заглядывает за борт. Там огромное тёмное пятно, чётко различимое даже в сумерках, плывёт совсем рядом с фрегатом. Корабль снова трясёт. Жанна выворачивает штурвал, уводя «Кровавую розу» в сторону.
– Поднять паруса! Нужно как можно быстрее уйти от него!
Причина тряски выплывает на поверхность, позволяя Руилю разглядеть толстую серую кожу, бездушные глаза и гигантский хвост, взмах которого заставляет корабль пошатнуться на волнах. Кашалот делает крюк и таранит корабль бок.
– Насади меня на якорь, чего он к нам привязался?! – возмущённо недоумевает Марсия. – Если так продолжится и дальше, он от «Розы» и живого места не оставит!
Взрывы пушек и плеск волн заглушаются протяжным воем, давящим и пугающим. Новый удар хвостом заставляет фрегат опасно накрениться. Руиль хватается за тросы.
– А-а-а! – кричит Марсия, летя в пенящееся море.
Бард успевает схватить её руку в последний момент и подтягивает к себе.
– Мой компас! Карта! – взвизгивает штурман, когда предметы исчезают среди волн.
Корабль заваливается обратно, выравниваясь. Руиль и Марсия падают на палубу. Бард проверяет, на месте и цела ли лира за спиной.
– И что его так взбесило? – спрашивает Марсия, глядя на кашалота. Из-за борта снова раздается вой.
Руиль закусывает губу, обдумывая пришедшую на ум идею, и бежит к Жанне.
– Капитан, я могу попробовать его утихомирить! – пытается он перекричать шум волн и вой гиганта.
– Тогда чего ты ждёшь!? – возмущается Жанна, выкручивая штурвал и пытаясь поймать попутный ветер.
Руиль снова бежит к борту корабля, снимает лиру и начинает играть. Он поёт детскую колыбельную, которую когда-то пел ему Урс.
– Спи, мой мальчик, глазки закрывай,
За окном давно погасли свечи.
Ветер тихо шепчет: «Баю-бай»,
Ночь кладёт ладони нам на плечи.
Руиль поёт громко, пытаясь перекричать окружающий шум.
– Знаю, слышишь ты в ночной тиши,
Как скрипят деревья за стеною.
Словно кто-то ходит, не спешит,
И шуршит под окнами листвою.
– Это просто старый, сонный лес,
Он своих чудовищ охраняет.
Но до добрых деток, мой родной, поверь,
Никогда чудовищ не пускает.
Кашалот всё продолжает буйствовать. Он бьёт корабль хвостом и носом. Его рёв смешивается с криками матросов на корабле.
– Заткнулись все! – приказывает Жанна. – Дайте нашему барду сыграть!
И все послушно замолкают, несмотря на страх быть выброшенными в море. Руиль мысленно благодарит капитана, не отрываясь от слов колыбельной. Он пытается вспомнить то чувство, что испытывал во время третьей волны в Туманном море. Странную лёгкость и силу, что заполнила каждую клеточку его тела.
С новым движением пальцев струны лиры вспыхивают. Инструмент покрывается тонким золотым сиянием, выпуская из себя десятки сверкающих линий. Голос барда и мелодия его лиры звучат в голове каждого на корабле.
– Ты боишься, что придёт из тьмы
Тот, кто прячется в овраге мшистом.
Заберёт тебя в свои холмы,
Унесёт в свой дом под волчьим свистом.
– Это просто старый, сонный лес,
Он своих чудовищ охраняет.
Но до добрых деток, мой родной, поверь,
Никогда чудовищ не пускает.
Все застывают, и даже кашалот перестает бить корабль и грозно выть. Его огромный глаз смотрит прямо на Руиля.
– Если сердце доброе в груди,
Если маму с папой крепко любишь,
Никакой беды от леса ты не жди,
А чудовищ сном ты не разбудишь.
– Спи, мой милый, пусть приснится сон,
Как лесные звери с тобой играют.
Слышишь, колокольный тихий звон?
Это ангелы тебя качают.
Пару раз моргнув, кашалот исчезает в море, махнув напоследок хвостом и обрызгав корабль солёной водой. Команда «Кровавой розы» взрывается дружным счастливым криком. Скандируя имя барда, они поднимают его на руки и подбрасывают вверх.
– Молодец, Ру! – обнимает парня Марсия, стоит ему снова оказаться на земле. – Ты нас всех спас! А знаешь, что это значит?
– Что? – спрашивает бард, неловко переминаясь с ноги на ногу от такого обилия внимания к себе.