Дорога ведёт вниз, круто петляет, сворачивая то в одну сторону, то в другую и, наконец, выводит к большому зданию с плоской крышей. На стене над дверью металлическая табличка с фразой на леурдинском языке. Руиль пробегается по ней глазами, но написанного не понимает. Жанна толкает массивную дверь, на которой синяя краска потрескалась и облезла. Петли противно скрипят, будто пытаясь отпугнуть гостей. Внутри прохладно. После жара улицы эта свежесть ощущается как божье благословение. Помещение достаточно большое, чтобы вместить в себя ковёр, устилающий пол, несколько круглых столов и с десяток плетёных стульев, два длинных пуфа около увешанных картинами стен.
Жанна подходит к стойке и дёргает верёвку, висящую над ней. Раздаётся приглушённый звон колокольчика. Через минуту в помещение входит высокий темнокожий мужчина с яркими фиолетовыми глазами и короткими заострёнными ушами, одно из которых густо обвешано серьгами. Он одет в свободный светлый хитон, подпоясанный широкой лентой и застёгнутый на плечах серебряными фибулами.
Мужчина приветливо улыбается, но глаза его холодные и безучастные.
– Кого я вижу, – говорит он, расставляя руки в стороны, – Жанна! Как давно мы не виделись. Полгода прошло, если мне не изменяет память?
Голос у него низкий, но мелодичный, и говорит он практически без акцента.
– Всё верно, Дирай, – кивает капитан.
– Вижу, в команде пополнение, – хитро сощуривает глаза мужчина, оглаживая Руиля взглядом с головы до ног. – Красавчик.
Дирай подмигивает парню, на что тот хмурит брови.
– Наш бард, – отвечает Жанна и достает из набедренной сумки увесистый мешочек с монетами. – Как обычно.
– Ох, – тянет Дирай, взвешивая мешочек в руке. – Придётся подождать.
– Мы никуда не спешим, – отвечает Жанна.
Мужчина уходит и примерно через полчаса возвращается с заметно исхудавшим мешочком обратно. У Руиля проносится гадкая мысль, а не обсчитал ли их часом Дирай. Как будто прочитав его мысли, Марсия дергает парня за рукав и поясняет на ухо:
– Один лиар – это примерно десять фэс, так что и монет, соответственно, будет меньше.
Руиль кивает, а Жанна тем временем пересчитывает деньги, кивает, удовлетворённо улыбнувшись, и отдаёт пару монет Дираю.
– За работу, – говорит она.
Мужчина по-детски дует губы.
– Какая ты жадная, Кровавая роза, – но тут же возвращает на лицо улыбку. – Рад снова иметь с тобой дело.
– Взаимно, – кидает женщина в ответ и идёт на выход, махнув рукой остальным.
Выйдя на улицу, раздаёт каждому свою долю, Дагмару отдаёт часть для остальной команды.
– Смотрите не потратьте всё в первый день, – хмыкает она.
После этого Марсия и Дагмар уходят, сказав, что у них есть планы. Жанна идёт по улице дальше, а Руиль за ней, решив не отходить от капитана далеко, чтобы не потеряться. Они идут молча, петляя по узким улочкам. Бард рассматривает красоты портового города: украшенные разноцветными рисунками белые стены домов, яркие бутоны цветов и фонарики, развешанные над головами. Люди счастливо улыбаются, смеются. На каждой улице подростки поют и танцуют. Мелодии их музыкальных инструментов радуют слух.
Так, не отрываясь от любования городом, Руиль пропускает момент, когда Жанна останавливается у небольшого дома, и идёт дальше, хлопая уличным танцорам.
Дом, около которого остановилась Жанна, абсолютно непримечательный, такого же белого цвета, как и все остальные. Единственное отличие – табличка на двери с надписью «Мелочи Фабера». Капитан толкает дверь и, переступив порог, касается сапогом шероховатой поверхности ковра.
Магазин небольшой и кажется ещё меньше из-за обилия ваз, фигурок, поделок ручной работы, книг, посуды и прочего, что заполнило все полки шкафов. За стойкой стоит мужчина. Высокий и крепко слаженный, в просторной рубахе и с вьющимися волосами до плеч. Не поднимая головы, он бросает взгляд на пришедшую и улыбается.