– Вот и славно. А теперь давай познакомим тебя с остальным экипажем, Руиль.
Они выходят на палубу, заполненную перешёптыванием всей остальной команды. Пираты оборачиваются на звук открывающейся двери, и в пропитанном солью воздухе повисает напряжённое молчание. От десятка пар глаз, уставленных прямо на него, Руиль неловко дёргает плечом.
– Друзья! – громкий голос Жанны перекрывает шум ударяющихся о корабль волн. – Я нашла нам нового шута!
Она подталкивает барда в спину, вынуждая его выйти вперёд, а галдящая и веселящаяся толпа пиратов тут же заключает Руиля в плотное кольцо.
Глава 4. Чёрная смерть.
Ветер мягко треплет чёрные кудри. Солнце припекает спину, но по коже всё равно ползут мурашки из-за исходящего от моря холода. Руиль стоит на палубе, упёршись о борт корабля, и мягко перебирает струны лиры. Совсем недавно дважды прозвенел корабельный колокол. Последние матросы поднимаются на шканцы с кухни. Время обеда закончилось.
С момента проникновения Руиля на корабль прошла неделя. Первые дни он пытался понять, куда он попал и что ему делать, чтобы не оказаться на доске. К его удивлению, команда корабля оказалась совсем не плохими людьми. Громкие и очень грубые, они не обращали внимания на внешность барда и не смеялись над его нелепыми попытками выдержать морскую качку.
На третьи сутки у Руиля обострилась морская болезнь, которая продлилась почти четыре полных дня. Он не мог есть и спать. Живот скручивало морским узлом, Руиля рвало сначала едой, а потом просто желчью. Желудок лип к позвоночнику, голова кружилась, и казалось, тело само вот-вот упадёт за борт.
Марсия всё время крутилась рядом, гладила по спине, тревожа ноющую рану, говорила что-то успокаивающее, но в ушах стоял лишь плеск волн, завывание ветра и шум крови. В моменты, когда тошнота немного отступала, девушка без передышки болтала, пытаясь отвлечь барда от боли в животе. Так Руиль узнал, что Дагмар, мужчина, который нашёл его среди бочек, бондарь на корабле, а дёргаться лицом и кричать непристойности он начал после того как у него над головой взорвался огненный шар. Ещё Марсия много рассказывала про себя, про Жанну и про других членов экипажа. Отвлекаться от боли её разговоры помогали слабо, но Руиль был благодарен даже за такую попытку его подбодрить.
К концу шестого дня морская болезнь сошла на нет, хотя от вида еды до сих пор мутило. Руиль успокаивал себя мягкими мелодиями лиры, почти невесомо касаясь пальцами струн.
– Чего стоишь-грустишь в одиночестве? – неожиданно оказывается рядом Марсия. – Сегодня выглядишь посвежее. Уже не так тошнит?
– Да, сегодня лучше, – неловко улыбается Руиль.
– Ты не переживай, каждый через это проходит. Тут по пальцам сосчитать тех, кто не проходил через морячку.
– Ты тоже так мучилась? – с надеждой спрашивает Руиль.
– Неа! – смеётся Марсия.
Бард грустно улыбается и вздыхает, снова переводя взгляд на спокойное синее море. Корабль шёл по волнам неспешно, подгоняемый лёгким ветром. Солнце мягко касалось кожи тёплыми прикосновениями.
– А куда мы направляемся?
– М-м-м, куда ветер приведёт, – девушка, упёршись локтями в борт, откидывает голову назад, подставляя лицо солёному ветру.
– Странно слышать такое от штурмана, – хмыкает Руиль. Его пальцы ласково поглаживают струны. Инструмент шепчет мелодией, что прячется под шумом морской глади.
Марсия смеётся.
– Ты такой смешной, Ру. Рада, что ты попал именно на наш корабль.
Она отталкивается от борта, треплет Руиля по волосам и уходит.
Весь корабль бурлит жизнью. Матросы бегают по палубе, перенося бочки и ящики, проверяя канаты на прочность. Приам что-то обсуждает с Жанной, а с нижних этажей слышно, как кок ругает своего ученика. Время, словно море в штиль, течёт лениво и слишком медленно. На небе ни облачка, и Руиль щурит глаза, смотря на пролетающих под солнцем чаек.
– Корабль! Впереди судно!
Крик Сэйлы, вперёдсмотрящей и старшей сестры Марсии, заставляет время на корабле остановиться. Все застывают на своих местах, повернув голову в сторону, куда указывает Сэйла. Разговоры стихают, и тишину разрывают лишь крики чаек. Руиль тоже молчит, смотря на маленькую чёрную точку, запятнавшую холст голубого горизонта. Но точка делается всё больше, и буквально через несколько минут становится видно очертания парусов и чёрного флага.