Восхотелось певуна и утешить, и к сердцу прижать… Вместе пожалиться, а там и поделиться сокровенным знанием – тоска схлынет морскою синью[3], лето стремглав пролетит да подарит добрую память и то, что заставляло сердце ныть и сжиматься, позади останется… Все минует и яркими, новыми красками наполнит…
Словно вторя моим мыслям, мелодия набирала оборот, тоска не ушла, но стала едва уловимой нотой, тянущейся приглушенно…
– Где же ты, умелец? – тихо выдохнула, пытаясь понять, откуда льется столь чудесная музыка…
Я завертела головой по сторонам, но наткнулась на внимательный взор двух слуг… И не смогла не отметить, что на них кафтаны были куда богаче моего наряда…
– Гляди-ка, чудится слышит она…
– Да быть не может…
– А ты присмотрись… Девицу словно за руку ведут!
Новый виток мелодии, щемяще сладкий… Я будто наяву ощутила вкус петушка на палочке с ярмарки, коим в детстве меня батюшка баловал! Столь сладкий, тающий на жарком солнце, липнувший к устам…
– Эй, девица, – окликнули, когда я смахнула набежавшие слезы… – Девица, а что ж плясать-то не идешь? Музыку слышишь?
Я голову-то подняла, вдруг узрев себя стоящей прямо под украшенной аркой… Что вход в еще одну часть сада венчала, а там площадка для танцев… И расступились перед мной, открывая взору молодца, что по центру площадки для танцев стоял… Единым столбом, пусть кругом и девиц полно было… Стоял, хмурился и взгляд его по нарядам гостей блуждал… И на молодца все глядели, да к нему в центр-то не спешили…
– Никто ж не танцует… – Запоздало ответила мужчине в летах, чьи виски едва изморозь взяла. И почему-то смутившись, тихо ответила. – И мелодия… Не для танца она, для души… Нежная такая, робкая и тоскливая…
Выдохнула окончательно зардевшись, щеки огнем жгло. И от чего стыд-то взял? То ли от того, что вокруг совсем иные лица, да роскошь в очи бьет так, что хочется зажмуриться и бежать уже отсель? Явно же я не ко двору пришлась в своем наряде, да токмо мелодия… Держит на месте и ноги слушаться не велят.
– Правда слышишь? – оглаживая бороду, снова уточнил мужчина. – Совсем в пляс не хочется?
– Не хочется…
Будто подслушав наш разговор, тоска в мелодии оборвалась на высокой ноте, тут же сменившись нежным переливом, птичьим перезвоном… Будто бы вспышкой на солнце, ослепительной молнией прострелила надежда. Именно это чувство угадывалось, а вот музыканта сумевшего его вызывать, я так и не нашла…
– А кто ж играет? У всех руки свободны, – решилась спросить у собеседника, головой качнув в сторону музыкантов, чьи инструменты молчали.
– Сердце, девонька, то играет сердце…
Я, промолчала, проговорила про себя ответ трижды… Сердце играет… Я вновь посмотрела на мужчину, а коли шутит надо мной? Но нет… он продолжал на меня смотреть, как будто ждал: пойму ли сказанное. И серьёзно так, что я лишь кивнула, соглашаясь с ним.
Может новые инструменты появились? Кто ж князей да княжичей знает? Князья точно монеты не считают… Могут диковинки всякие позволить. А то, что я нечаянно на их место празднования вышла уже и сомнений нет. Тут вон и та девица с черной косищей, что по граду гуляла да почти с нами в ворота-то входила…
А чего б не согласиться, коли до самого сердца мелодия достает, душу бередит? И правда только сердцем играть и можно – из памяти светлое и теплое музыка достает… Я вот о батюшке вспомнила и так ладно мне, так хорошо, добрая то память пусть и на слезу прошибает…
Мелодия оборвалась на рваной ноте, будто кто вдох сделал, а выдохнуть забыл, да и я сама словно опамятовалась, задышала!
– Красивая была… Жаль закончилось всё …
– Начинается лишь… Еще троим честь великая выпала, боги на них указали… Авось, и их мелодия твой слух усладит…
[1] Тридесять – тридцать
[2] Зекрый – серо-голубой
[3] Синь – не синий цвет, это яркий блик на чем-то темном. В данном случае, речь о морской ряби и солнечных лучах, что отражают воды моря.
Глава 3
Глава третья
И верно, пока мы шептались, молодец из центра медленно уходил, но его место тут же занял кучерявый брюнет с чуть загоревшей кожей. Мне людей с юга не часто видеть доводилось, от того я жадно разглядывала новое лицо. Красиво и чудно, будто гречишным медом помазанный… Вкусный-то мёд, редко мне перепадавший, да и маменька не часто его покупала…
Молодец мой взгляд поймал, да так залихватски мне улыбнулся, что не улыбнуться вот никак не вышло…