Беседа невпопад, полная атрофия всех органов чувств и невозможность разобраться хоть в чём-то, что меня окружало. Я попробовала сосредоточиться на том, чтобы запомнить по голосу тех, кто находился рядом. Не получилось. Не могла понять, кто говорит – Дин или Томас. Когда отвлеклась на беседу о сыре, начала соображать, что сидящий рядом парень – это Дин. Никогда не умела определять точно настроение людей, даже когда видела их лицом к лицу, но почему-то мне показалось, что Дин хотел бы находиться в каком угодно другом месте, но только не здесь.
– Какими тут судьбами? – спросил он, одновременно накрывая мою ладонь рукой, чтобы ему удобнее было наливать вино в бокал. Интересно, сухое или полусладкое? И смогу ли я определить на вкус, какое подал официант? Странные вопросы, которые возникли в моей голове, словно я пыталась абстрагироваться от слишком острых ощущений, что рождало внутри меня прикосновение пальцев Дина к моей руке.
– Это был очень тяжёлый путь, – начала я нести околесицу, как часто со мной бывало, если я начинала нервничать. Приглушённый звон, когда горлышко бутылки соприкоснулось с краем бокала, пальцы мужчины осторожно, но ощутимо сжимающие мою ладонь... Пожалуй, околесицей я не отделаюсь. – Анкета, звонок, приглашение, самолёт, яхта, ужин. Это если вкратце. Оу, ты кажется, промахнулся. Или перелил.
– Чёрт.
Он поспешно убрал и бутылку, и свою руку, когда вино полилось через край, и я поднесла бокал к губам, делая внушительный глоток. Конечно же, облилась, потому что вина оказалось с перебором. Хотела чертыхнуться следом за Дином, но успела вспомнить, что я леди. Хотя бы изредка.
– Вкусное вино. Правда, у меня теперь вся рука липкая. Как ты умудрился есть и не испачкаться? – Я же говорила, что околесицей не обойдётся.
– Откуда ты знаешь, что он не испачкался? – хохотнул Томас, до этого вовсю флиртовавший с Мэри. – На ощупь?
– Включила прибор ночного видения. А что, тебе на входе не дали? – Искреннему удивлению в моём голосе позавидовали бы актёры всех трупп Бродвея.
– А должны были? – В голосе Тома неверие было щедро замешано на нежелании выглядеть идиотом. Кажется, во мне начал просыпаться психолог, умеющий читать по интонациям. – Мэри, тебе дали?
Хихиканье девушек и последовавшее за ним молчание Томаса стало точкой в этой беседе, и я вновь отпила вина, не особо надеясь на то, что смогу нащупать на столе отложенный кусочек Пармезана.
– А ты, Дин? Что стало поводом для тебя, чтобы приехать на этот эксперимент?
Глава 2.Дин
Дин
За этим ужином в странной обстановке я пытался на нее не реагировать. Звуки то и дело возникали с неожиданных сторон, когда ты не вполне к ним готов. Зрение, оказывается, наш великий дар. И хоть я привык к полумраку, но не к полной темноте. Зато вино этим вечером лилось рекой, через край. Хотя быть в темноте криворуким – обычное явление. Я лишь понадеялся, что Ада не в белом.
– А ты, Дин? Что стало поводом для тебя, что бы приехать на этот эксперимент?
– Если честно, сейчас и сам задаю себе этот вопрос.
– Не нравится здесь?
– А тебе? Интернета нет, едим в темноте, что сулит остаться голодным. Противоположный пол только в виде голосов.
– А знаешь, как слепые люди знакомятся с кем-то? На ощупь.
Я улыбнулся подобной мысли, но тут же подумал, что это интересная идея.
– Тогда можно я буду первым?
– Где? – удивилась девушка.
– В ощупывании.
– Вообще-то я не это имела ввиду.
– А я именно об этом. Да ладно тебе, чем не развлечение на этот скучный вечер. Или ты боишься, что я нащупаю на тебе какую-нибудь бородавку?
– Что за бред? Нет у меня никаких бородавок.
– Тогда тебе нечего бояться. Итак?
– Ну хорошо, только аккуратно, не выколи мне глаз, не хочу остаток жизни провести также, как этот вечер.