-Твари тебе подчиняются, - просто сказал Мельвир. – Да и опыта полетов у тебя больше.
Пришлось мне устроиться за спиной Вероны. Вначале я собирался сесть спереди, но понял, что если светлая, потеряв голову от страха, надумает падать, едва ли я так ей смогу чем-то помочь.
-Вот уж не думал, что великая воительница Света боится Сумеречных Тварей! – ухмыльнулся я, устроившись на жесткой чешуйчатой спине.
-Я не боюсь… их убивать! – отрезала Верона и спину под нами заходила ходуном, а Сумеречная Тварь предупреждающе зарычала.
-Она шутит! – заверил я, хлопнув ладонью по чешуйчатому боку. – Господа, не хотите, чтобы вас сбросили, советую думать, что говорите!
За исключением Ийессамбруа, Сумеречных Тварей, умеющих говорить, я не встречал. Но Ийес утверждал, что они все и так прекрасно нас понимают. Сам же он выучил язык под руководством какого-то чародея, что Призвал его когда-то давным-давно.
«Не думай, что служить вам – это предел наших мечтаний!» - однажды сказало чудовище юному магу, пожелавшему покорить Темные земли.
«Но вы ведь приходите! Откликаетесь на Призыв!» - ответил тогда я.
Лишь сейчас, когда гибкие тела Сумеречных Тварей вместе с нами ворвались в небо, я понял, что никогда прежде не задумывался почему. Почему на самом деле они приходят? Неужели лишь ради того, чтобы убивать?
-Что ты ему сказал? – спросил я, когда мы остановились на ночлег примерно в дне пути от Старой Башни.
-Кому? – удивился Мельвир, который, задрав голову, разглядывал звездный рисунок небес.
Видимо, после пустыни чародей не доверял более примерным прикидкам и желал точно определить, где мы. Не смотря, на мои заверения, что Башня уже близко. Я кивнул в сторону огненно-красной Твари, улегшейся возле разведенного Верлидиром костра.
Не совсем так я представлял себе спасательную экспедицию светлых к Старой Башне. Думал, что Семеро потащат с собой весь светлый двор. Но Верлидир неожиданно заупрямился и заявил, что это личное. И если уж Семеро величайших магов Света не справятся, то не справятся они и с сотней другой более слабых помощников. Только на смерть приведут тех, за кого они в ответе. Так что поехали лишь Семеро, мы с Диной, да парочка то ли учеников, то ли слуг.
-Я сказал ему «спасибо», - усмехнулся светлый чародей. – За то, что прилетели к нам на помощь.
-И все? – удивился я.
Неужели, так просто? Хоть я и мог по праву назвать себя спецом в вопросах Призыва, но, порой, вызванные мной Твари пытались наброситься на меня самого. Возможно, им пришлись не по нраву приказы Повелителя Темных земель. А, быть может, я оторвал их от занятия в родном мире не в пример лучшего, нежели рвать на части моих врагов. Никогда не решался спросить Ийеса, почему так. Просто отпускал побыстрее тех Тварей, что не желали сражаться на моей стороне.
-Знаешь… я тут подумал. Мы ведь могли бы призвать Светлых Стражей, - тихо произнес Мельвир. – Никто бы и не узнал, кто ты.
-Почему ж не Призвали? – усмехнулся я, краешком губ.
Честно говоря, ответ я подозревал. Как бы светлые ни пыжились, и ни рассказывали, какая у них добрая и прекрасная магия, куда там всяким…
-Раньше я Призывал их только в бою, - признался Мельвир. – Как и остальные… Побоялся, что они набросятся на тебя.
Или что ударит в грязь лицом перед Семерыми. Я искоса взглянул на чародея. Не так уж сильно различается между собой наша магия, как принято думать. По крайней мере, в том, что касается Призыва. Мы Зовем, и они сражаются ради нас. Убивают.
-Никогда не думал, как это началось? – тихо спросил я.
-В смысле? Что началось? – удивленно переспросил Мельвир. – Война между Светом и Тьмой?
-Как на нее начали призывать Светлых Стражей и Сумеречных Тварей? Ведь это же не всегда было так?
Не могло быть. Не верю, что Ийессамбруа был рожден лишь для того, чтобы проходить завесу между мирами и являться кровожадным чудовищем в чужие сражения. Там, за границей нашего мира у него была своя жизнь. Мне всегда было неприятно об этом даже подумать, но Призыв заставлял его. Подчинял. Пусть ко мне Ийес приходил с радостью, прежде были и другие. О которых он рассказывал неохотно. Маги Тьмы, которым нужно было чудовище. А еще… каждый раз, когда я спрашивал Ийеса о Светлых Стражах, он уклонялся от разговора. Отвечал скупо и расплывчато. Дескать, да, они тоже приходят из его мира. Но в глазах Сумеречной Твари я видел грусть.
«Огромное всклокоченное чудовище с мокрыми от крови настолько, что уже белый цвет и не различишь перьями, бросилось на меня. У него было мощное тело и острый широкий клюв. Глаза, налитые кровью полные ярости. Я швырнул в Светлого Стража энергетическим щитом, единственное на что силы еще оставались. А в следующий миг откуда-то сбоку на него обрушился Ийессамбруа. Повалил на землю, вцепившись зубами в покрытую перьями шею, полоснул наотмашь когтистой лапой по беззащитному боку. Лишь увидев Стража рядом с Сумеречной Тварью, я понял, что он не такой уж и огромный. Пожалуй, гораздо меньше и слабее моего Ийеса. Вмиг я оказался на спине своего чудовища, издав победоносный клич. Жажда крови вновь обуяла меня, страх, вызванный чудовищным Стражем, исчез. Теперь мне хотелось его уничтожить. О чем Ийессамбруа прекрасно знал. Когда мы сражались вместе, то действовали практически, как единое целое, не сговариваясь. Он мчался туда, куда я желал и выдыхал пламя, пока я обрушивал на врагов Ледяные Стрелы. Сейчас я хотел крови клокочущего то ли от ярости, то ли страха Светлого Стража. Жуткой твари, призванной светлыми, чтобы меня убить.
Ийессамбруа занес над распростертым на земле врагом лапу и замер. А затем, медленно отступил, не сводя с жалобно стонущего Стража напряженных глаз. Не успел я ничего сказать или сделать, как Светлый Страж исчез, видимо, очутившись вновь в своем мире».
«Их мире», - мысленно поправился я.
Всколыхнувшееся воспоминание почему-то оставило щемящую грусть. Ийессамбруа столько раз спасал мою жизнь… А теперь искалечен и ослаб по моей вине.
-Когда я был маленьким, дедушка рассказал мне, что Светлых Стражей и Темных Тварей впервые Призвал в наш мир один и тот же маг, - тихо произнес Мельвир. – Конечно, это всего лишь легенда, но… Кто знает. В Светлых землях ее не принято пересказывать. Я потом спросил у отца, но он назвал это все бреднями.
Некоторое время мы оба молчали. Старые тайны витали в воздухе, незримо окружив силуэты Сумеречных Тварей, задремавших на краю лесной поляны, где мы устроились на ночь.
- Кстати, а кто твой отец? – я решил отвлечься от мрачных размышлений. – Мать – глава Светлого Совета и великая магиня, решившая искоренить Тьму, это я уже понял. А он – кто? Тоже великий супер-породистый светлый эльвиэ?
Мельвир хмуро посмотрел на меня.
-Он – великий супер породистый светлый эльвиэ, которого темные убили за три месяца до того, как моя мать решила уничтожить Тьму.
Я заткнулся.
Невзирая на возражения светлых, я отпустил Сумеречных Тварей примерно в двух часах пути от Старой Башни. Это было, конечно, глупо, но… Чем они помогут нам против Белой Напасти? Зато вот сами пострадать вполне способны. Можно сколько угодно убеждать себя, что раненные Твари переносятся обратно в свой родной мир. Вот только, кто сказал, что они никогда не умирают в нашем? Или всегда успевают восстановиться в своем? Об этом я спросил Ийессамбруа, еще когда был ребенком. Неуязвим ли он? Наверное, мне хотелось услышать, что уж он будет рядом со мной всегда, чтобы ни случилось. Но Ийес ответил, что его можно убить. Что он так же смертен, как и я сам, лишь побольше, да чешуя попрочнее.
-Ты безответственен, темный! – свирепо заявил Верлидир и оглянулся на Мельвира, явно ожидая, что чародей применит Печати, заставив меня подчиниться.
Мельв на это едва заметно покачал головой.
-Гвир прав, - мрачно произнес маг. – Возле Башни от Тварей не будет никакого проку. Пусть летят.
-Сдается, он просто хочет заманить нас в ловушку! – проворчала Верона, выразительно поглядев в мою сторону.