Глава 1 Тишина после крушения
«Некоторые ошибки не ломают робота.
Некоторые ошибки делают его ближе к человеку.»
Небо еще дрожало от недавнего огня, когда робот открыл глаза. Оптические сенсоры мигнули один раз, другой, пытаясь пробиться сквозь пепельный туман. Воздух был наполнен запахом горелого металла и расплавленного пластика. Где-то далеко потрескивали остатки корабля, похожие теперь скорее на груду чёрных костей.
Робот попытался подняться. Левый привод не отвечал. Правая нога скользнула по влажной земле. Внутри корпуса что-то тонко звякнуло, словно маленькая пружина призналась в поражении. Он остановился, замер, проверил системы. Сорок три процента функциональности... Достаточно для движения, недостаточно для чего-то большего.
Сквозь ломкий шум в каналах связи медленно проступил холодный факт: он один. Ни одного отклика, ни одной позывной частоты. Огромный корабль, на котором он служил, был мёртв. А значит, никто его не вызовет. Никто не починит. Никто не вспомнит.
Ему неожиданно стало тяжело. Ненужная, странная тяжесть, которую он не мог объяснить.
Он сделал шаг вперёд, прислушиваясь к миру. Лес вокруг казался настороженным. Ветви деревьев склонились, будто присматриваясь к чужаку. Вдалеке, там, где рухнула основная секция корабля, поднимался тонкий столб дыма.
И тогда робот услышал звук.
Едва уловимый, тихий, как дыхание. Не машина, не датчик, не ветер. Что-то более живое, хрупкое.
Плач.
Он замер, направив сенсоры в ту сторону. Сигнал прятался среди обломков, будто боялся быть найденным. Робот шагнул на звук, чувствуя, как каждый его механизм сопротивляется.
Плач стал различимее. Детский.
И впервые с момента пробуждения в роботе промелькнуло слабое, почти неосознанное решение.
Если здесь кто-то живой, он не будет один.
Глава 2 Мальчик
Что же делать? Этот вопрос вспыхнул в его процессоре так ярко, будто был живым. Странно. Машина не должна спрашивать себя такие вещи.
И всё же он спросил.
Внутри него было чувство. Он попытался классифицировать его по библиотеке эмоциональных моделей и получил нелепый результат: облегчение.
От чего?
От того, что он больше не один?
Он покачнул головой, пытаясь избавиться от сбоя.
Он же робот. Зачем ему люди. Зачем ему вообще кто-либо.
Максимум — служить. Выполнять задачи.
Если уж на то пошло, можно найти себе нового хозяина на любой подходящей планете. Люди ведь не единственный разумный вид в галактике. Или… были.
Здесь, судя по мёртвому лесу и тишине, разум давно ушёл.
Он подошёл к мальчику. Тот сидел среди обломков, обхватив руками колени, заметно дрожа от холода и ужаса.
Робот опустился на одно колено, чтобы его голос звучал мягче.
— Я модель Армар-шесть. Я тебе помогу. Ты ранен?
Мальчик вскинул на него широко раскрытые глаза.
— Мама… Папа… Их больше нет?
Армар оглядел разрушенный корпус судна. Обгоревшие балки, перекошенные переборки, следы удара.
Он сверил данные. Вывод был один.
— Да. Их больше нет.
Что-то кольнуло внутри. Не физически. Скорее так, как будто в глубине схем что-то дрогнуло, не желая принимать факт. Микросхемы, очевидно, вели себя неправильно.
Он снова посмотрел на мальчика.
— Но ты сможешь помнить их. Они будут с тобой вот здесь, — он коснулся пальцем головы ребенка.
Мальчик помотал головой, и в его голосе прозвучало отчаяние, слишком взрослое для его возраста.
— Я не хочу, чтобы они были только там. Я хочу, чтобы они были рядом.
Армар не нашёл ответа.
Ведь действительно… с этим уже ничего не поделаешь.
Их разговор оборвал резкий треск из глубины леса. Глухой, тяжёлый, будто кто-то большой и влажный ломал ветки.
Армар мгновенно перешёл в боевой режим.
Он подхватил мальчика на руки, прижал к груди, где у него ещё работали защитные пластины.
— Держись, — сказал он и развернулся от места, где сгущалась опасность.
Лес впереди казался темнее обычного. Но туда хотя бы не шагало то, что ломало стволы слева.
Он шагнул в тень, прижимая ребёнка так бережно, как будто тот был самым ценным грузом во всей галактике.
Глава 3 Тень
Армар углублялся между деревьев так быстро, как позволяли поврежденные приводы. Каждое движение отзывалось внутри корпуса сухим хрустом, но он продолжал идти. Мальчик в его руках дрожал, цеплялся за холодный металл, будто это была единственная прочная вещь в мире.
Позади снова раздался треск. На этот раз ближе. И ниже. Так ломают молодые деревья существа, у которых слишком много силы и слишком мало осторожности.
Армар сделал несколько шагов в сторону, поставил мальчика на землю и присел рядом с ним.
— Тихо. Не издавай ни звука.
Мальчик кивнул слишком быстро, будто боялся, что одно резкое движение привлечет внимание.
Армар активировал дальние датчики. Шумы леса собирались в картину. Ритм шагов. Слишком тяжелые для человека, слишком нерегулярные для техники. Существа были живые. И голодные.
Он оценил расстояние до обломков корабля.
Слишком близко.
Если эти твари там роются, значит, корабль стал для них кормушкой. А значит, вернуться туда будет крайне опасно.
Но без связи им здесь не выжить.
Армар отключил внешний звук, оставив только внутренний канал обработки.
Ему нужно думать.
Связь уничтожена. Передатчики разбиты. Энергоблок корабля поврежден так, что перезапуск невозможен. Резервных линий нет. Единственный шанс хотя бы отправить короткий сигнал — найти ядро навигации. Возможно, оно уцелело глубже в корабле.
Он повернулся к мальчику:
— Слушай. Нам нужно уйти дальше от звуков. Потом я попробую найти связь. Без этого никто не узнает, что ты жив.
— Мы вернёмся на корабль? — голос дрогнул.
Армар хотел сказать «нет», чтобы избавить его от страха. Но ложь модели Армар-шесть не была разрешена. Даже если она казалась полезной.
— Да. Но не сейчас.
Мальчик опустил голову. Он не плакал. Слёзы у него закончились где-то среди обломков.
Слева в тумане мелькнула огромная тень. Влажная шерсть блеснула между деревьями и скрылась.
Армар взял мальчика за руку и осторожно повёл вперёд.
— Я защищу тебя, — сказал он, сам не понимая, почему это прозвучало не как стандартная протокол-фраза, а как обещание.
Они шли, пока треск позади не растворился в сыром шуме леса.
Лишь когда тени исчезли, Армар позволил себе остановиться.
Мальчик сел на поваленный ствол и тихо спросил:
— А ты… ты тоже один?
Вопрос ударил по нему странным, неприятным эхом.
Он снова проверил каналы связи. Мёртвая тишина.
Даже аварийные сигналы отсутствуют.
Никто не ищет.
Никто не откликается.
— Да, — ответил он. — Похоже, что так.
Мальчик обхватил руками колени и кивнул, словно что-то понял про робота, чего Армар не успел понять про себя.
Робот поднял голову. Лес впереди был густой. Но где-то там, в его глубине, лежали остатки корабля. И возможность связи. И, вероятно, то, что осталось от других пассажиров.
Если он хочет спасти мальчика, ему придётся вернуться туда, откуда они только что сбежали.
Он это знал.
Мальчик это чувствовал.
И лес будто бы знал тоже.