«А потом было дело в Амстердаме», — подталкиваю я.
Ещё один острый взгляд. «У тебя не было допуска к этому».
«Энди раздобыл Освободительное Письмо для Мо». Я смотрю прямо на неё в ответ, блефуя. Танец я расскажу тебе свои секреты, если ты расскажешь мне свои — утомительная профессиональная вредность в этой работе.
«Ну, да, тогда». Блеф срабатывает — и то, что её амулет сказал ей, что я говорю правду об Освободительном Письме. «Амстердам, КЛУБ НОЛЬ, был косвенно связан».
«Так что у нас всплеск активности в Нидерландах и Великобритании — в остальной Европе тоже?» — предполагаю я. «Помнишь, я участвовал в совместных совещаниях по связям».
«Я не могу комментировать дальше до завтрашнего заседания руководящей группы». И мой блеф рассыпается. «Я сказала тебе всё, что могла сказать без официального разрешения, Боб. Забери свои причиндалы, закончи свои дела и иди домой на выходные. Это приказ\! Я поговорю с тобой в понедельник. Надеюсь, к тому времени новости будут лучше…»
5. ЗАБЛУДИВШИЙСЯ В КОМИТЕТЕ
Я ВОЗВРАЩАЮСЬ К ГАРРИ, ЗАБИРАЮ СВОЁ СНАРЯЖЕНИЕ, ЗАТЕМ САЖУСЬ НА АВТОБУС ДОМОЙ, и каждые несколько минут у меня чешутся плечи, когда мы проезжаем мимо полицейской машины. Да, мне по закону разрешено носить «Глок» и его принадлежности, которые спят в моём рюкзаке в чемоданчике с кодовым замком. Пистолет и его зачарованная кобура, как предполагается, должны быть невидимы для любого, у кого нет удостоверения Прачечной; но я поверю в это, когда увижу. К счастью, автобус не штурмует вооружённая команда СО19, проводящая случайную проверку на наличие невероятного оружия. Я без происшествий добираюсь до дома, распаковываю пистолет и кладу его на каминную полку в спальне (прямо слева от моей стороны кровати), затем спускаюсь вниз, чтобы разобраться с ужином и Мо.
Наступает пятница, а затем и выходные. Я регистрирую Айфон: он требует имя, и Мо предлагает окрестить его (если это уместное слово) НекрономиПодом. Её отношение сменилось на собственнический интерес, если не на откровенную похоть — чёрт, придётся покупать ей такой же.
Мы вообще не обсуждаем работу. К нам не вламываются зомби, не стреляют, не взрывают и никак иначе не беспокоят, хотя сын-подросток наших соседей проводит добрую часть субботнего вечера, так громко играя «I Kissed a Girl», что мы с Мо чуть не подрались из-за насущного вопроса о том, как лучше ответить. Я выступаю за Einstürzende Neubauten через Динамики Судного Дня; она — сторонница Шёнберга через Скрипку, Убивающую Монстров. В итоге мы сходимся на вежливом голосе разума, доносимом до ушей его родителей. Думаю, мы, должно быть, стареем.
В субботу утром выясняется, что у нас заканчиваются продукты. «Почему бы не заказать доставку из Tesco онлайн?» — спрашивает Мо. Я провожу бесполезный час, сражаясь с их веб-сервером, прежде чем признаюсь себе, что мое причудливое сочетание плагинов Firefox, фильтров безопасности и брандмауэров (не говоря уже о работе в операционной системе, которую программисты крупного ритейлера не узнали бы, даже если бы ткнули в неё вилкой) делает это несколько непрактичным — к тому времени мы уже пропустили последнюю доставку, так что, похоже, нам придётся выйти и смело встретить мир пешком. Поэтому я осторожно цепляю невидимый «Глок» к поясу в первый раз, натягиваю самый мешковатый пиджак, чтобы прикрыть его, и мы с Мо отправляемся в путь.
Антиклимакс. Когда мы тащимся домой из супермаркета, нагруженные пакетами, я начинаю слегка расслабляться: даже когда мой пиджак зацепился за переднюю часть тележки самоубийственной бабули, никто не заметил оружия и не начал кричать. (Это Англия XXI века, родина истерии по поводу ручного оружия: они не вежливы, они просто не ожидают увидеть пистолет.) «Кстати, — нервно замечает Мо, пока мы ждём перехода через главную дорогу, — тебе не кажется, что правую руку лучше держать свободной?»
Я сканирую окрестности на предмет дикой сверхъестественной живности: «Если мне понадобится рука, сумки переживут».
«Тогда не кажется ли тебе, что лучше нести сумку с хлебом и сыром в этой руке, а не молоко и банку маринованных огурцов?»
Я тихо ругаюсь, пытаюсь переложить сумки и безнадёжно их запутываю, как раз когда загорается зелёный человечек. Мы беззащитная парочка на протяжении всей нашей панической перебежки через переход. «Надо было всё-таки настоять на сигнализации», — ворчу я.