- А так спокойней. Не боись, не заблудимся. С нами Аллах, и слуга его, Ахмет. - зло отвечал Кожевников.
Роберт пожал плечами: - Я считаю, безопасней дожидаться вертолёта. -
Кожевников не верил вертолёту. И потому вовсю гнал джип по каменистой полупустыне красноватого оттенка, не жалея подвесок и пассажиров, которых от тряски и ударов едва не тошнило. Юрка поглядывал в небо - если ЦРУ следит, атака будет сверху. Проще навести самолёт, чем пытаться перехватить их наземными силами. Оказалось, в ЦРУ рассудили точно также.
Глава 10 Бегство под "булыжниками".
Первым истребитель разглядел Ахмет, когда его и разглядеть было невозможно. Но афганец пользовался другим устройством. Едва усевшись на заднем сиденье рядом с Юркой, достал свой ноутбук и раскрыл на коленях.
Экран оставался пустым, и вскоре Юра отвернулся к окну. Будничный голос афганца вернул голову обратно.
- Придержи меня за плечо, чтоб не бросало. Проявилась цель на десять часов. -
Пришлось удерживать его левой рукой, и смотреть на монитор, где в левом верхнем углу появилась белая точка. Палец афганца показал на чёрную кнопку. - Эта должна отключать двигатели, но с началом войны Палмер её заблокировал. Я его чуть не пристрелил, но этот псих настоял на своём. Надо было хоть в морду заехать..., вот же сволочь упорная! Так что самолёт я уже не остановлю. Но всё остальное работает безотказно. -
И нажал белую кнопку, после чего дисплей начал изображать собой нечто вроде голубоводого квадратного пруда, в центр которого незримый бездельник кидает камушки, и от них по воде ритмично разбегаются круги. Только тут ещё и цифры побежали, и слова - нечто по оружейно-ракеткной тематике.
-Я справлюсь с его мусором.- Ахмет нажал центральную кнопку красного цвета.
К этому времени самолёт уже заметили, разглядели и слегка запаниковали, потому что истребитель не среагировал на сигнал опознавания, который посылали по рации, и явно нацеливался атаковать. Может, радио было не в порядке, или пилот был глухим. Но уж слепым точно не был, однако и на сигнальный огонь горящих файеров - оранжево-зелёный,- он также не реагировал.
- Он рехнулся! - заорал Роберт, увидев огневые всполохи под крыльями атакующего истребителя. Как неожиданно обрывается на войне человеческая жизнь, что оставила им время только на вздох и ругань на выдохе, пока летят ракеты. Кожевников крутанул руль, вжав тормоз в пол, и джип встал, едва не перевернувшись. В клубах поднятой пыли они распахнули дверцы, оглушённые непонятным свистящим рёвом и глухим ударом впереди машины. Вдохнули и выдохнули, и ещё раз, и ещё...и были ещё живы. Спустя миг поняли и причину - ракеты не взорвались. Один стабилизатор высоко торчал из песка в метре от переднего колеса, второй - в пяти метрах. Оба дымили догорающими остатками топлива.
- Он рехнулся! - истерические нотки в голосе Роберта заставили очнуться от ступора. Рокот истребителя с неба затухать не собирался - хищник разворачивался на второй заход. Пролетев далеко вперёд, "Фантом" взмыл в голубое небо, закладывая вираж для возвращения. Скорость у него огромная, и минуты две-три для спасения ещё было.
- Надо вернуться к скалам.- Предложил Ахмет на удивление спокойным голосом. - Там есть, где укрыться.-
Кожевников кивнул, завёл заглохший мотор, и погнал напрямую к ближайшей скальной гряде, возвращаясь на покинутую дорогу. Второй джип избежал атаки, потому что сильно отстал. Когда помчались ему навстречу, им пришлось срочно разворачиваться.
- Гоните быстрей, пилот свихнулся! - крикнул пехотинцам Роберт. Скалы предгорья приближались куда неспешней, чем самолёт, который уже завершил разворот на краю голубого неба. Серебристая черта превратилась в точку, и плавно снижалась, увеличиваясь в размерах.
- Кажется, принимает нас за талибов. - Тускло пробормотал Роберт. Он не верил своим словам, но признать правду не хотел. А она в том, что пилоты выполняют приказ.
Ахмет смотрел на монитор - тот пускал прежние "круги на воде". Юрий всё не мог поверить, что это действительно Ахмет нейтрализовал ракеты. Скорее, им дико повезло. Но второго шанса не выпадет. Если атака не ошибка, значит, это ЦРУ. Запросто, при их технике. Через спутники над Афганистаном. Оптика мощная, номера машин разглядишь.
Ахмет опять нажимал кнопки. Что он говорил о серебристом цилиндрике Джерри - защищал Президента США? От чего? Может быть...., от нападения своего же, американского пилота, сидящего за штурвалом боевого истребителя? Пилота, который свихнулся от наркоты или от ислама? В душе зажглась безумная надежда.
Джип с огромной скоростью приближался к каменной глыбе, похожей на уснувшего слона - за ней можно было спастись от ракетного удара, но они не успели - ракеты летели быстрее. За миг до того, как джип юркнул за спасительную глыбу, его накрыло тучей пыли, волной рёва, свиста и огня...уже знакомого...но они снова дышали...уже в безопасности.... Потому что ракеты опять не взорвались. Второй джип едва не получил под зад - ракета ударилась в песок совсем рядом, накрыв пыльным фонтаном все сигнальные огни, которые морские пехотинцы держали в руках до последнего мгновения. Обошлось, пострадавших не было.
Быть не могло, чтобы на пентагоновские конвейеры по сборке ракет пробрались тайные исламисты. Это Джерри. Он спасёт... Поэтому в коротком совещании под скалой Юрий поддержал безумное, на взгляд Кожевникова и Роберта, предложение Ахмета прорываться в Кабул напрямую, через пустыню.
- Мы не пострадаем. - С чуть презрительной улыбкой заверял Ахмет, поглаживая ноутбук на коленях, сбоку которого ритмично помаргивал зелёный огонёк.
Совещались после того, как самолёт улетел. Возвращаться по дороге казалось ещё опасней. При корректировке со спутника на любой легко поставить засаду. Роберт опять предложил сидеть и ожидать вертолёта, но командовал Кожевников, а Кожевников вертолёту не верил. Он поверил Ахмету, и они вновь помчались по пустыне, надеясь, что в армии США не так много свихнувшихся лётчиков.
Но они зря уповали на добросовестную работу армейских врачей - психов, желающих стрелять по своим, скоро можно было выстроить в очередь. Не прошло и десяти минут гонки, как из-за холма впереди вынырнули два Фантома. Они пролетели буквально над головами, оглушив ревом реактивных двигателей, и успели дать три ракетных залпа по второму, отставшему джипу. Тому пришлось лавировать словно в лесу, между торчащими из песка стабилизаторами, пока Фантомы разворачивались для второй атаки. Впрочем, стрелять из пушек и пулемётов не стали, опять пролетев над головами. Возможно, пришли в разум, потому что больше не возвращались, но в атакованном джипе занервничали, и начали высказывать претензии по рации, но вовсе не по качеству сборки родных ракет, которые упорно не взрывались. Их интересовало, что думает их начальник о неожиданной агрессии родимой авиации, и что собирается предпринять? Воевать на стороне талибов морские пехотинцы почему-то не собирались. Роберт ничего не мог объяснить, и потому обматерил микрофон по-американски, приказав не отставать, как охране и положено.
А психи из армии США не замедлили представить новое доказательство своей полноценности, от которого в голос завопили сидящие впереди. Юра только успел поднять голову, и увидеть стремительно растущую точку над горизонтом в колечке раскалённых реактивных газов - крылатая ракета, летящая в лоб. До этого наблюдал за экраном на коленях афганца - тот показывал, что типов, которые собрались на берегу пруда кидать камушки, становится всё больше. Круги шли из самых разных частей экрана, и самые разные по размеру. Но самый крупный наползал сверху экрана к центру. Прибор Ахмета, видимо, показывал источники опасности, вроде ракет и самолётов. А подняв глаза на вопль спереди, увидел блестящее подтверждение своей гипотезы. Крылатая ракета и впрямь блеснула на солнце, когда пропахала в тучах пыли борозду в пяти метрах левее джипа. Кожевников сумел вывернуть руль за миг до столкновения, и "Томагавк" прогрохотал мимо, оглушил, забросал песком, перевернулся и покатился дальше кучей обломков.