Заметив растущее недоумение Питера, куратор вызвал его в кабинет и провел личную консультацию. И опять — ни слова в упрек, ни тени угрозы в голосе, но лишь отеческое участие и сама спокойная мудрость. Куратор мягким голосом начитал серию расхожих «истин в первой инстанции», вроде: без тьмы нет и света, без зла не может существовать добро, невозможно добиться мира и покоя без войны, честных людей нет — только хорошо законспирированные преступники, невозможно заработать крупные деньги, не запачкавшись кровью врагов… Чуткий, полный участия допрос завершился ласковым приказом — снять нательный крестик, немедленно пройти первую ступень посвящение в адепты Центра.
Ритуал посвящения погрузил его в таинственный мир древнего оккультного священнодействия, сверкающий, волшебный, полный мистического смысла. Ему льстил тот факт, что в посвящении соучаствовали сильные мира сего, знаменитые, богатые, власть имущие — и это на самом деле избавило его от сомнений. В голове, будто в апартаментах отеля перед заселением важной персоны, провели уборку помещения с применением сильнодействующих химических средств — там установилась сверкающая стерильность и абсолютная уверенность в своей правоте. Наконец, исполнилась его заветная мечта: ему сделали ряд пластических операций, очистили и разгладили кожу, удалив родинки и шрамы; исправили все дефекты зубов и даже лопоухость исправили. Питер стал другим. Он часами смотрелся в зеркало, и новое бесстрастное «покерное» лицо, озаряемое обаятельной белоснежной улыбкой лишь в необходимых случаях, всё больше и больше нравилось ему. «Невозможно добиться покоя без войны» — это точно…
Посвящение открыло ему до сих пор запертые двери новых возможностей. В качестве зачета ему позволили взломать защиту сервера крупного банка и с нескольких сотен счетов «беспечных парижан» перечислить на свой персональный счет десять… нет — сто миллионов евро. Да, чтобы почувствовать себя мультимиллионером — для начала. Ему вручили карточки трех закрытых клубов, риэлтора для подбора достойного жилья, советника по приобретению автомобиля, элитного портного, массажиста, тренера и стилиста. В специальном зале перед ним по подиуму прошлись два десятка девушек, он подозвал троих, поговорил с ними и остановил выбор на мечтательной блондинке Альбине со стройными ногами, дипломом Сорбонны и черным поясом карате. Куратор пояснил, что девушка обеспеченная, платить ей не надо, предназначена для эскорта на официальных мероприятиях, но по обоюдному согласию отношения могут развиваться в любую сторону, разумеется, в рамках приличия.
И самое главное — получил направление на должность вице-президента «Фонда единой культуры». Питер никому не подчинялся, только прежнему куратору. От него и получил первое задание. Молодому специалисту предлагалось изучить основы религиозных течений на территории России, а также познакомиться с писателями, выражающие религиозные идеи наиболее талантливо. Одним словом, необходимо выявить интеллектуальное ядро, особенно, молодых, растущих, подающих надежды.
Начал Питер с внимательного изучения главных религиозных книг. Тщательное рассмотрение духовных учений показало, что существует только одна религия, которая может принести куратору неприятности. Ему, крещенному в детстве, снявшему крестик, было весьма болезненно признать — это его родное Православие, от которого он так недавно освободился. Следующий этап выполнения задания — чтение книг православных авторов. Довольно быстро Питер отсеял имитацию, подделки, просто бесталанные книги — и вот для более тщательного анализа на его рабочем столе осталась скромная пачка с полсотни книг. На ближайшей встрече с куратором в кабинете клубного ресторана Питер не без опаски доложил результаты проделанной работы. Под десерт куратор разгладил морщины и улыбнулся.
— Тебе удалось подтвердить мои самые выстраданные подозрения. Всё верно. Для нас только Православие может представлять реальную опасность. Во-первых, своим стремительным распространением, во-вторых, глубокими историческими корнями, в-третьих, невероятной притягательностью для народных масс. Но ведь выявленный враг — наполовину уничтожен, не так ли.
— Еще хотелось бы добавить, куратор. Если помните, даже нательный крестик на первых порах доставил мне немало сомнений в правоте нашего учения. И лишь после снятия креста и посвящения мне удалось заставить замолчать голос противления, звучавший у меня в голове. Я лично удостоверился в опасности православного учения и у меня личные счеты с ним.