— Кен, у тебя кровь… Боже, ты ранен.
— Знаю, Барб, — ответил он, стараясь не смотреть на выступившее на ветровке бордовое пятно. Автомобиль свернул к проливу «Те-Нарроус» и, к удивлению Либермана, заехал прямо в воду, а затем помчался по дну. Кеннет видел, как в стекло ударилась полосатая рыба. В глазах начало темнеть. — Кажется, я сейчас отключусь, — сказал он перед тем, как провалился в темноту.
Глава 5 (часть 1)
Кеннета обнимали теплые руки, обволакивали своим теплом. Одна лежала на его груди, вторая спряталась у него под мышкой. Приоткрыв веки, он увидел Барбару. Девушка спала, уткнувшись носом в его бок, и тихонько сопела. Либерман практически дышал ей в затылок. Оба они были укрыты клетчатым пледом. Темно-русые волнистые локоны Барбары растрепались, ресницы тихонько подрагивали. Ему захотелось прикоснуться к ней, но он решил не тревожить ее сон. Оглядевшись по сторонам, Кен снова не узнал ни кровать, на которой они лежали, ни обстановку спальни. В комнате было темно — плотные шторы на окнах не позволяли пробиться ни одному лучу солнечного света. На тумбочке он заметил свои очки. Плечо ныло и, переведя взгляд влево, Либерман увидел на нем белую повязку. События, произошедшие между подводной поездкой на белом такси и этим моментом, были для него загадкой. Однако то, что за это время его подлатали, он сейчас не в тюрьме и вообще жив, радовало.
Прошло где-то минут пятнадцать, прежде чем Барбара зашевелилась и открыла глаза. К этому времени мозг Кеннета уже изнемогал от множества накопившихся вопросов. Кто был тот парень из такси? Где он сейчас? Как они с Морган здесь оказались? Где ей удалось достать медикаменты, чтобы обработать его рану?
— Доброе утро, Барби, — Кен взял в ладонь пальцы девушки и приложил к своим губам, оставляя невесомый поцелуй. Казалось, он делал это уже миллион раз. Но скорее всего, не так, как сейчас. Это был поцелуй благодарности за то, что она все еще рядом с ним. Чем он заслужил такую подругу? Преступник, за чьей головой охотятся и полиция, и огромная корпорация, которой он чем-то насолил.
— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Барбара.
— Нормально, — ответил он, выпустив ее руку, которую она сразу же приложила к его лбу, проверяя, нет ли жара. По ее улыбке Кен понял, что все в порядке. Но затем она вдруг всплеснула руками и воскликнула:
— Ты даже не представляешь, как сильно тебе повезло!
— Я представляю… — согласился Кен, надеясь, что этого будет достаточно. Но обвинительную речь Барбары уже было не остановить.
— Почему ты не сказал мне, насколько опасно было сбивать тот дрон? Я бы никогда не позволила тебе сделать это, если бы знала! — возмущенно произнесла она.
«Ну вот, именно поэтому и не сказал», — подумал про себя Кеннет, но промолчал. Морган сейчас не стоило перебивать. Лучше было дать ей выплеснуть эмоции. Судя по всему, она долго ждала момента, когда сможет все ему высказать.
— Пуля задела лишь мягкие ткани, — продолжала девушка. — Но что было бы, если бы она разорвала подключичную артерию? Она ведь связана с плечевой артерией. Главной артерией руки! И с плечевым сплетением…
Кеннет не совсем понимал, к чему клонит девушка. Его куда больше заинтересовало, откуда она знает столько медицинских терминов и подробностей? Может быть, до потери памяти она была как-то связана с медициной? Загадочный орган — мозг. Он как жесткий диск мощного компьютера — хранит множество информации, но, в отличие от машины, еще и обновляется сам без постороннего вмешательства, производит ряд химических процессов, создает новые нейронные связи. А мемотения — как вирус, захвативший его и удаляющий самое дорогое. Пораженный мемотенией мозг сохраняет в деталях профессиональные знания, но теряет все воспоминания о людях, которых человек когда-то знал и любил, о событиях, которые были важными. Вот бы мозг, так же обновившись, мог излечить сам себя, удалив этот вирус…
— Ты совсем не понимаешь, как это серьезно! — продолжала возмущаться Барбара.
— Я все понимаю, — снова повторил Кеннет, но она словно его не слышала.
— Плечевое сплетение управляет функцией руки! Боже, ты мог бы остаться инвалидом. Или истечь кровью. А если бы пуля попала тебе в голову? — она закрыла лицо руками и всхлипнула.
— Ну что ты… этого ведь не произошло, — подняв правую руку, Кеннет успокаивающе погладил спину Барбары. Он понимал, что должен был осознать всю серьезность своих поступков. Но широкая улыбка против воли наползла на его лицо. Барбара Морган беспокоилась о нем, она даже плакала из-за него. Но, конечно, он не должен был заставлять ее плакать — это плохо, очень плохо. Но он ведь это не специально, он этого не хотел. И как же было чертовски приятно, что он ей не безразличен. Тем не менее, Кеннет постарался как можно скорее убрать с лица эту идиотскую улыбочку и серьезно спросил: