- Если бы ты меня хоть пальцем тронул, я бы тебя убил. Даже если бы просто еще раз толкнул. Ну не убил бы, но бил бы изо всей силы.
Естественно, все разногласия были забыты и с тех пор мы были уверены друг в друге. Что я его не изобью, например…
* * *
Тем временем свадьба шла своим чередом. Егор уже отпаивал водкой избитого им дядю невесты. Обещал ему найти и отмудохать того, кто это сделал. Судя по состоянию опьянения, действительно был готов поквитаться с этим негодяем.
Потом мы пришли домой к жениху. Невеста жила с ним уже год, поэтому свадьба была просто актом узаконивания отношений. Молодые на свадьбе не пили, а тут, на кухне, начали отрываться. Тем более закуски и водки оставалось много. Егор сидел с ними. Я тоже было присел, но вспомнил, чем это кончилось и пошел спать. На следующий день проснулся, с удивлением обнаружил, что родители жениха ушли на работу, к 8 часам. Потом в районе обеда вернулись, с другими, тоже уже отработавшими, родственниками и сели дальше пить. Егор тоже проснулся днем, но был никакущий. Я попрощался с ним, еще раз поздравил молодых и родственников и поехал домой один. За своего друга я не волновался. Прошлый раз все прошло без эксцессов, мы даже на улицу не выходили. Вернулись домой вечером в воскресенье, почти трезвые.
Дома повалялся в ванне, привел себя в порядок, купил цветов и поехал на другой праздник. Что подарить имениннице я не знал, потому решил, что суну ей несколько тысяч рублей в открытке во время танца. Дарить конверт с деньгами тогда было как-то не принято. Приехал даже раньше Вадика, сразу же окружил «свою» Люсю вниманием. Про других тоже не забывал. Когда Вадим подъехал, стало полегче. Мы неплохо посидели, немного выпили и ругали Егора, который «не смог» приехать. Причину, по которой он не смог, я не стал озвучивать. Этому очень огорчилась именинница Нина, видимо положила на Нелидова глаз. Я пошутил, что надо было ему прошлый раз «дать». Она, тоже в шутку, ответила, что «дала» бы, если бы он попросил. Потом начали укладываться спать. Уже без прелюдий я залез к Люсе в постель, она начала шептать, что чуть от стыда не сгорела от этого. Я ей заметил, что ни мне, ни Вадиму не постелили в этот раз на полу. Даже на Егора не рассчитывали. Вероятно его Нина хотела приютить. Вадик лег со Светланой. Прошлая ночь повторилась с той разницей, что наш секс теперь был защищенным. Утром я задержался подольше, так как был выходной. Мы позавтракали яичницей, выпили немного вина. Намекнул Светлане, чтобы она увела куда-нибудь подружек «по делам». Закрылись с Люсей в комнате и уже от души оторвались. Предложил ей минет, она отказалась. Ну и ладно, переживем. В традиционном сексе тоже есть много поз. Потом ушли искать ее товарок. «Вы куда запропастились?».
* * *
Вечером мама сказала, что мне звонила какая-то девушка. Я понятия не имел, кто это мог быть. На следующий день она перезвонила. Ей оказалась Катя. Подумал, что она разыскивает Егора, но нет, она хотела встретиться со мной. Спросил, где она, она ответила, что в центре. Я сказал ей идти в кафе неподалеку, пусть чего-нибудь закажет себе, я скоро приеду. Мы встретились, как и договаривались. Я самодовольно думал, что с Егором ей надоело заниматься сексом и она решила встретится со мной тет-о-тет. Вошел в кафе героем-любовником. Нашел глазами Катю, сел за маленький столик, напротив неё. Все оказалось по-другому.
Она сходу меня ошарашила новостью, что у нее задержка. Уже две недели. Я сидел и лихорадочно подсчитывал. Две плюс две - четыре недели. На семь — 28 дней. Сегодняшнее, 30 число минус 28, получается начало марта. Март третий месяц, плюс 9 получается двенадцать. Декабрь. Не мог сообразить, начало или конец декабря. Полный март, значит начало декабря.
Я сидел, пришибленный новостью. Именно тогда родилась Ирина. В начале зимы 1993 года. История дала мне пинка и посмеялась над моими жалкими потугами. Катю я не замечал. Я думал что теперь будет делать Егор… А что он будет делать… Свалит в закат. Замутит с Галей. Когда Катя уедет, все про неё забудут.
Да… Катя… Она сидит здесь и смотрит на меня. Хочет, видимо, чтобы я ее поддержал, дал хоть какую-то надежду, что все будет хорошо. Не могу я ей этого дать. Но не могу также сказать, что она здесь никому не нужна. А когда родит, даже родители будут её осуждать. Что же делать? Что же делать?
Она смотрела, на меня, я молчал. Не выдержала первой.
- Ну, что же ты молчишь?
- А что надо говорить. Ты сама знаешь, что беременна. Женщины лучше мужчин в этом разбираются.
Она наклонила голову и заплакала. Наверно понимала, что беременна, но надеялась, что я скажу «А! Плюнь! Это просто задержка, завтра месячные начнутся». Она плюнет и наутро обнаружит у себя кровь. Потом и дальше будет трахаться со всеми подряд без резинки. Я так не сказал. И она поняла, что действительно беременна. Не на половину, не на четверть, а на все 100% беременна. Она плакала, а я думал, что её жизнь только что разделилась. До этого она была беззаботной дурочкой, которой просто нравится заниматься любовью с симпатичными ей парнями. А теперь резко повзрослела, стала понимать, что такое причина и следствие, что такое ошибки в жизни и как за них люди платят. Я ждал, когда она выплачется, не утешал. Наверно, я был жесток. Но быть добрым я не имел права. Мне нечего было ей предложить.