Нет уж, спасибо. Наверное я пропущу это мероприятие. Маму будет не остановить, она все равно поедет, но может быть я придумаю, как облегчить ей труд? Куплю участок в хорошем месте, например… Что толку сейчас загадывать? Поживем – увидим…
= 07 =
Мы вернулись домой и принялись болтать, лежа на диване, о всяком разном, не существенном. Нам действительно, было легко и комфортно вдвоем. Я додумал свои мысли по поводу того, чтобы рассказать Ане о себе.
«За» то, чтобы это сделать, была наша семейная жизнь. Надеюсь она будет долгой и счастливой. Я повспоминал свадьбу Гирсовых, в своем первом 1993 году. Тогда я вел дискотеку сам и не помнил, кто тогда поймал букет. Просто не запомнил это событие, раз был занят делами. Потом подходили какие-то девчонки, заказывали музыку и выражали свою благодарность за дискотеку, но была ли среди них Аня? Вряд ли. Потом я крепко выпил тогда и мы поехали с Ильей в общагу «силикатов». Там я лег спать с одной девушкой, сунул руку ей в трусы и сначала не понял, куда попал. Рука буквально утонула в чем-то, напоминающем пучок длинной шерсти. Я настолько привык, что женщины бреются, или хотя бы стригутся, что такой «привет из 70-х» меня развеселил. А здесь была, видимо, еще и предрасположенность к буйной растительности. Рассмеялся и этим обломал себе весь секс. Не расстроился, так как был пьян, повернулся и уснул.
Так что Аня, скорей всего, вела бы свой обычный образ жизни, закончила институт, работала учительницей английского языка, в какой-нибудь школе… Возможно, стала бы «старой девой». Сейчас её жизнь изменилась, надеюсь она быстро забеременеет и родит мне ребенка. По крайней мере, мы не предохранялись, я ощутил старые приятные чувства секса без презерватива и не собирался это менять. Если зачатие произойдет в ближайшее время, институт она все равно закончит, а вот преподавательская деятельность ей не светит. Минимум три года она будет в декрете. Какой это будет год? 1997, перед дефолтом 1998. Расцвет предпринимательской деятельности. Надеюсь, что я заработаю своими знаниями о будущем начальный капитал и смогу его увеличить, зная тенденции и товары, которые будут популярны в это время. В этом у меня было преимущество перед всеми остальными. Прошлый раз у меня его не было и я остался беден. Вместо накопления, ушел в минус, был вынужден тратить деньги на съем жилья. Сейчас я не допущу потерю квартиры, уже нашей с Аней.
Я взял из маминого дома свои записи, но понимал, что все Ане читать нельзя. Не только из-за знаний о будущем, но и из-за разных пикантных подробностей, касающихся меня и других людей. То, что происходило до нашего знакомства, мой сексуальный опыт и прочее, пусть ее не касается. Пусть принимает меня готового, такого, каким я стал в 50 лет.
Кроме того, наши отношения я хотел сделать максимально честными, открытыми и доверительными. Я хотел иметь надежный «тыл» за спиной и создать такой «тыл» для Ани. Если не рассказать ей все сразу, какое тогда может быть доверие? Она первая будет сомневаться во мне и мне не удастся её переубедить.
«Против» такого рассказа было то, что она мне не поверит. Посчитает нелепым шутником и фантазером. Будет относиться соответствующе. Какой тыл может создать несерьезный человек? Как ни странно, у меня прямо сейчас не было доказательств своей истории. Я не мог вспомнить фактов о стране и мире, в конце 1993 года и в начале 1994-го. События октября 1993 года в Москве уже прошли. Да мы особо и не заметили расстрел Белого дома, тогда нам было, чем заняться, наши отношения только завязывались. Что там еще было, черт его знает… Понадеявшись на свое голое красноречие я все-таки пришел к выводу, что надо рассказать. Плюсов однозначно больше.
— Анечка, мне надо с тобой серьезно поговорить, — сказал я, когда наш разговор немного стал затухать из-за отсутствия несерьезных тем. Ведь наша совместная жизнь была еще очень коротка.
— Что, хочешь признаться, что у тебя другая семья и дети, — со смехом сказала она. Хорошенькое начало… Она угадала. Но я не хотел с этого начинать разговор. Кроме того, шутливый тон здесь только мешал.