ГЛАВА 20. ПОЛУФИНАЛ
Во все свои годы с детских лет я пытался понять окружавших меня людей, почему же они так нелепо себя ведут, но успеха в этом до сих пор не достиг. Одинокие размышления ведут, как известно, в тупик, поддерживать их на правильном направлении хотя бы просто книгами надо, однако серьезная литература, доступная просто так, без затей и усилий в СССР, довольно однобокой была. Да что там «серьезная» литература – юмористы-иронисты дореволюционного времени – и те либо совсем не издавались, либо издания были очень редки. Один очень серьезный человек дал мне такой совет:
1. Вступить в партию.
2. Окончить вуз.
3. Вступить в общество «Знание»
4. Получить через это общество допуск в спецхран.
Вот и вся недолга. В обществе «Знание» нужно будет почитывать лекции в аудитории вполне для лектора благоприятной – пенсионерам в жилконторах, например. При моей профессии, связанной с модной нонеча темой ЭВМ – это просто пустяк, и не чаще, чем в месяц раз. Зато в спецхране лежит такая обалденная литература – пальчики оближешь, сразу и разберешься во всем. Именно так разумные люди и делают, почему же не хочешь ты? Я отвечал, что в партию не вступлю.
В то же время и бороться с партией я давно уже не хотел, так как устранять вообще-то нужно не следствия, но причины, а как раз-то именно причины той самой советской коммунистической партии, как явления в мире, неизвестно в чем состоят. Однажды еще в ОММИ другой, тоже очень серьезный, человек осторожно заговорил со мной о «партии технократов» в наших промышленных краях. Я и ранее слышал о ней, но немного. Я спросил, в чем там тезис у них. Оказалось, концепция той новой тайной партии «технократов» сводится в конечном счете к тому, что по существующей в нашей стране политической системе к власти приходят люди, сведущие в политиканстве, но невежественные в реальных делах промышленности, сельского хозяйства и вообще во всем. Согласно идее же этой партии технократов, заниматься управлением должны исключительно специалисты, знающие дело и не допускающие тех неисчислимых управленческих нелепостей, которые сплошь и рядом совершает наша компартийная власть, чем наносит кошмарный ущерб стране.
На предприятии в то время был один специалист, человек с бесспорным высшим образованием, с прекрасно подвешенным языком и отчетливой диссертационной перспективой впереди (который спустя какое-то время действительно кандидатом стал.) О нем ходили слухи, что он безжалостный и грязный карьерист, но вместо убедительных конкретных доказательств в тех неприятных слухах фигурировали довольно туманные мотивировки такого мнения о нем, и более ничего. Он действительно делал карьеру, но мы с ним существовали в столь разных плоскостях, что сама собой информация об этом в мои руки придти не могла, а специальное сбирание персональной грязи человеческой – это не для меня. Карьеру же в принципе можно было делать в нашей отраслевой науке также и более или менее честным путем, если темой реально владеть и превосходить в способностях, трудолюбии и комплексном таланте с явным преимуществом своих конкурентов в диссертационной борьбе. Способности же того человека имели комплексный характер, он и специфическим диалектом научной терминологии, и управленческим жаргоном в равной мере уверенно владел. Дивно ли, что карьера успешной была.
Тот человек относился ко мне с уважением и при случае в очень вежливой форме выражал сожаление по поводу отсутствия диплома у меня. Однажды шел я в большой задумчивости по отделу ОММИ и увидел, что довольно многие наши сотрудники и сотрудницы с очень серьезными лицами в одно из просторных помещений этого отдела идут. Я поддался минутному любопытству и машинально в этом потоке пошел, опомнился же только после того, как сообразил, что оказался я на партсобрании отдела, а демонстративно уходить показалось мне неудобным уже. Участники собрания оглядывались на меня, но никто меня не выгонял, я же смиренно в сторонке сидел, с любопытством наблюдая церемониал незнакомого мне ордена коммуноверов. Кстати оказалось, что упомянутый товарищ играет в местной первичке какую-то ответственную роль. После собрания он подошел ко мне, пожал мне руку и с некоторым подъемом сказал, что я на верном пути, и он приветствует мое желание приобщиться к рядам.
Против этого человека я могу сказать только то, что вокруг него собирались люди, малосимпатичные лично мне, но с которыми я тесно контактировал по работе, так что кроме конкретных деловых отношений, ничего общего с той компанией не было у меня. Однако это не доказывает ровным счетом ничего, и поэтому у меня не было никаких конкретных оснований иметь на него какой бы то ни было зуб, но с моим собеседником он определенно был на ножах; с собеседником же мы были в отношениях дружеских, иначе он не стал бы касаться подобных тем в разговоре со мной. – «Так значит, возразил собеседнику я, – руководить должны специалисты? А вот товарищ *** – он разве не специалист?» – Крыть было нечем, и о «партии технократов» с тех пор я ничего определенного не слыхал.