— Это мадам Эльвира дала вам этот список и приказала продавать то, что по списку?
— Нет. Мадам Эльвира приказала оживить фирму и показать реальные продажи. Я изучил рынок, спрос, предложение и сам список составил. Я на курсы маркетинга записался, — Макс был очень горд собой, он поставил перед собой цель стать честным человеком и почти цели добился.
— Это на курсах маркетинга вам сказали, какая сельзхозтехника должна быть в вашем списке?
— Что вы! На тех курсах учат только общим принципам бизнеса, в сельхозтехнике вообще не смыслят. Я ассортимент составил, попробовал с клиентами на ближайших фермах, оставил, что лучше пошло, сначала в основном мелочь — плуги и запчасти, но потом и крупные агрегаты получилось продать…
Спросили что за курсы и что за фермеры. Тот, что повыше, посмотрел на оператора полиграфа. Оператор кивнул. Он извлекал из Макса только правду.
Продолжили. Макс рассказал, что он, чтобы маржа “Сеялок и веялок” была выгодней, лично в порт поехал, договариваться о логистике… Представляете, а его там ограбили! Ну, грабить было особо нечего, только сумку с каталогами отняли. Какой разгул преступности… Нет, не заявлял, ну не заявлять же про сумку с каталогами. Копия каталога в офисе есть, конечно, может принести…
— Это мадам Эльвира приказала вам ехать в порт и дала список контактов?
— Да при чем тут мадам Эльвира! — Макс даже обиделся, — Я сам нашел в архиве фирмы адреса старых экспедиторов и лично поехал договариваться.
У него способности к продажам, на курсах говорили. Он актер, на актерских курсах учился. Очень способный. Он со всеми может договориться, он очень активный. Из-за этого и случаются некоторые недоразумения…
— Вы совершали противозаконные действия?
— Никогда, продавая сельхозтехнику, я не совершал противозаконных действий, — вот эту правду он мог предоставить. И даже рискнул спросить:
— И вообще в чем дело? Что противозаконного в продаже сельхозтехники?
Макс заметил, что эти оба переглянулись между собой. Блин! И тут что-то не то… А ручки тут причем? Когда будут бить за ручки на режимном обьекте?
На время оставили “Сеялки и веялки” в покое. Вернулись к агентству. Но про магические аферы тоже не спрашивали. Велели продиктовать имена всех, с кем общался на работе.
— Но я не знаю имен, только псевдонимы. Мадам Эльвира запретила разглашать личную информацию сотрудников даже друг другу. Я только водителя знаю, как зовут, и секретаршу!
— Почему только их?
Блин! Правда так нелицеприятно выглядит… Ладно.
— Потому, что они честные люди и не не при делах.
— А вы при делах?
— При некоторых, — Макс скромно потупил взор. Есть смысл разыгрывать сиротскую карту или тут не прокатит? — очень незначительных делах. Я хотел помогать людям…
Полиграф подтвердил.
— …и немного подзаработать.
Полиграф согласился.
— Ну, и какой ваш псевдоним? — спросил тот, кто повыше.
— Да ну как-то я стесняюсь…
— Не валяйте дурака!
— Прима-балерина.
…- Эльвира, это девчачий псевдоним! Я хочу, может, “человеком-пауком” быть!
— Перехочешь. Для конспирации лучше, когда пол не определить. Ты что-то имеешь против девчонок? Сказал, что девчонки второй сорт?
— Ничего я такого не говорил. Просто нескромно, я стесняюсь.
— Максик, ты весь нескромный. Очень тебе подходит…
…В углу там еще был стол с бумагами. Тот, что пониже, покопался в них, принес Максу несколько, выбрал, где “Прима-балерина” попадалось часто. Это были копии эльвириных отчетов, с этими всеми буквами и цифрами.
— Что это значит? Ну, Прима-балерина, расскажите нам.
— Это Эльвирин шифр.
— Расшифруйте.
— Я не знаю всего. Никто не знает полностью. Могу сказать, что это, — Макс показал на свое Л-17, - это значит “ вступить в сексуальную связь”…