— Оливия!
Он хочет сказать что-то еще, но машина неожиданно резко останавливается, и девушку резко бросает вперед. Решивший не пристегиваться Ботан тоже летит на пол вместе со всеми своими бумажками.
Оливия больно бьется носом о сидение Брайна, чувствует, как перед глазами скачут разноцветные пятна, вызванные больше неожиданностью, чем болью, и тянется к лицу. Лишь бы не сломать.
Крови нет, боль быстро затухает, и Стар краем уха слышит паникующий голос Ботана:
— Ты сбил бомжа!
— А я думал, это голубь, — в голосе Подписчика звучит странная улыбка, и Оливия напрягается, в который раз задумываясь о том, что им, возможно, совсем не стоило отправляться в путешествие с малознакомым человеком.
Подписчик нашел ее сам. У Брайна с Ботаном личные сообщения давно были открыты только для друзей, а Стар так и не удосужилась поменять настройки, и подобные ребята писали ей весьма нередко, поэтому девушка была нисколько не удивлена. Фанаты Мапса готовы были доставать всех его друзей, лишь бы провести время или даже подружиться с кумиром.
Приготовившись в очередной раз грубо обломать нового назойливого малолетку, а после кинуть его в чс, Оливия открыла сообщения… и широко раскрыла глаза. В тот момент палец завис над полем введения сообщения, так и не нажав.
Парень приглашал их отпраздновать десять миллионов подписчиков в отдаленной от цивилизации хижине в лесу.
Как начало ужастика, честное слово.
Но но было в этом предложении что-то, что привлекло ее внимание. Ведь что может пойти не так, верно?
Все.
Начиная со странного поведения Подписчика во время их первой встречи и заканчивая теперь вот этой до жути странной и даже пугающей улыбкой на его лице, появившейся от осознания, что он действительно сбил человека. Черт возьми, живого человека.
Ей приходилось раньше делать больно, но вот до убийств, к счастью, никогда не доходило. И вот это, черт возьми, было действительно страшно.
От хорошего настроения не остается и следа. Девушка поднимается и молчаливо усаживается на пассажирское сидение недалеко от Ботана. Тот тоже выглядит напряженным: спина сгорблена, пальцы чуть более резко, чем нужно, стучат по клавиатуре ноутбука, руки едва заметно подрагивают. На лбу выступает пот.
Оливия не успевает понять, что делает, когда резко тянется к его руке и быстро сжимает, зачем-то переплетая их пальцы. Жест такой мягкий, почти интимный, и девушка покраснела бы, не будь она так напугана произошедшим. Парень удивленно поднимает на нее глаза, но разорвать эту хватку не спешит.
Стар улыбается краем губ и наклоняется к нему ближе, шепча на грани слышимости: «Все нормально».
Они оба знают, что ненормально.
Ботан кивает и чуть сжимает ее пальцы, прежде чем отпустить.
— Спасибо, — шепчет он.
— Не обольщайся, придурок, просто не хочу, чтобы ты нам отдых испортил своей нервозностью, — быстро шепчет она и замечает, как Ботан вдруг ухмыляется, глядя на нее из-под очков.
Он возвращается к реферату, печатая теперь куда спокойнее, а Оливия почему-то разочарованно выдыхает. Рука все еще чувствует чужое тепло, и Стар сжимает руку в кулак, стараясь сохранить эти ощущения чуть-чуть подольше.
Глупо, глупо, глупо.
Девушка со злостью понимает, что действительно превращается в героиню чертовых мелодрам. Ее отношение к Ботану давно уже переросло во что-то ненормальное, и она совсем не хотела бы чувствовать все это. Нужно что-то менять, что-то делать, пока она не опустилась слишком глубоко.
Но как же, черт возьми, не хочется.
Комментарий к Лай-лай-лай – ты сойди с ума, а я схожу за пивом
Я наконец дошла до первой короткометражки Брайна. Не могу сказать, что я в восторге от этой главы… но в целом, это лучше, чем то, что было задумано изначально. В последнее время на каждую главу у меня или не появляется вариантов вообще, или появляется целый миллиард. Среднего не бывает)
Как вам часть?
========== Лай-лай-лай – знаю, сохнешь по мне, как в саду крапива ==========
Если бы Оливию спросили, какое она растение, она бы задумалась лишь на секунду, а после вспомнила бы крапиву. Растение-воин, никогда не дающее себя в обиду и атакующее первым. Это определенно она.
Да, пока другие девчонки ассоциируют себя с незабудками и ландышами, Оливия точно крапива. Дерзка, решительна, может за себя постоять. Почему-то именно так Стар представляет себе это растение, будь оно человеком.
Крапива растет летом, но на улице зима. А в душе Оливии убивающий мороз.
В этот год зима выдается до ужаса холодной. Снег хрустит под ногами, как и положено, солнце совсем не греет, темные, почти черные деревья раскачиваются из стороны в сторону с пугающим шумом, а небольшой дом в этой богом забытой глуши выглядит невероятно органично.
Стар смотрит на Ботана, обнимающего свою настоящую девушку, и чувствует, как горлу подступает омерзительный комок.
Больно.
Боль сравнима с той, какая охватывает все тело, когда кожу сдирают. Кусочек за кусочком, фрагмент за фрагментом. Как будто невидимый палач, усмехаясь и поигрывая ножиком в руке, погружает лезвие все глубже, но не доводя до убийства, чтобы дать жертве подольше помучиться.
Девушка Ботана иногда поглядывает на Стар, с ухмылкой ероша его волосы и поправляя очки, а Оливия ежится, сильнее кутаясь в больше не греющую куртку.
Холодно.
Она ненавидит Ботана за то, что тот заставляет ее чувствовать, но не понимает, откуда вообще эти чувства берутся. Любит ли она его? Конечно, нет. Но от осознания того, что он теперь с кем-то другим, все тело будто иголки пронзают.
Как чувствует себя человек, замерзая до смерти?
Оливия почти уверена, что знает.
И что злит ее больше всего — эта дура его даже не любит. Ведь наверняка пользуется, чтобы после бросить, причинить боль, разбить сердце.
И когда это Стар стали волновать чувства ботаника?
Девушка Ботана побеждает по всем фронтам — она красивая, наверняка богатая, раз смогла позволить себе такую машину. Мечта любого парня.
Она хмуро наблюдает за милующейся парочкой и хочет высказать им все, что думает, но счастливое лицо очкарика не дает этого сделать. Он явно влюблен.
— Я скоро приду, милая, не скучай, — смущенно говорит Ботан, когда Подписчик зовет их посмотреть что-то «только для мальчиков».
Раньше такой вопиющий сексизм непременно возмутил бы Оливию — чем она хуже? Но сейчас все ее внимание сконцентрировано лишь на фальшивой улыбочке этой разрисованной мымры.
— Возвращайся скорее, пирожочек, — она легонько касается его носа, и Ботан хихикает, убегая.
Девушка следит за ним, дожидаясь, пока он скроется, а после расслабляется и открывает пудреницу. Точно играет. Оливию не провести. К тому же, она уже успела кое-что нарыть на эту идиотку.
— Слышь ты, мымра. Ты думаешь, я ничего не понимаю, зачем ты здесь?
Девушка смотрит на нее нагло, исподлобья, и Стар очень хочется ей хорошенько врезать, но она продолжает держаться. Сорвись она — и ее точно посчитают истеричной сумасшедшей.
— Нет, — спокойно отвечает девушка Ботана.
— Думаешь, я поверю, что этот четырехглазый чмошник тебе интересен? Да я тебя насквозь вижу.
— Ты про моего Пирожочка? — тянет она. — Но он же такой милый. Как котеночек.
— А может, твоему кошаку показать кое-какие фоточки? — Оливия не собирается ждать. Вместо этого она сразу пускает в ход свой козырь.
— Какие? — девчонка неплохо играет. Кажется даже, что действительно не понимает.
— Совместные фоточки. С тем сельским аналогом Криса Редфуса? С твоего телефона.
Она разом напрягается, улыбка на ее лице гаснет, и она тянется к сумке, что-то выискивая. И Оливия готова поспорить, что знает, что именно.
— Не это потеряла? — спрашивает Стар, выуживая из кармана телефон с той самой фотографией.